Слово Императора

– Если бы они разбежались, я был бы только рад, потому что тогда можно было бы спокойно отправиться в постель, – проворчал я. – Но от них разве дождешься!

Гостьи Александры, впрочем, оказались сообразительными: когда мы вышли из ванной, их уже не было. А вот генерал со своей протеже обнаружился на месте. Он дремал в кресле, а мой пока еще несостоявшийся секретарь свернулся калачиком на диване и преспокойно дрых, подложив ладони под голову. При нашем появлении Анамар распахнул глаза и окинул меня полным укора взглядом.

– Рур, у тебя нет ни стыда, ни совести! – вполголоса пробормотал он.

– Утратил вследствие удара по голове, – только и фыркнул я. Он прекрасно знал, насколько меня выматывают публичные выступления, сам время выбрал. – Тебе не кажется, что проще было бы сразу жениться, а не искать зазнобе место для службы? Вы же с ее отцом вроде друзья.

– Ты Лимар-ана, видимо, совсем не знаешь, – поморщился Мар. – Эти девчонки из него веревки вьют, так что в приказном порядке выдать их замуж он не может. Им же свободу подавай! – проворчал он. – Так что или я пристрою ее поближе, или она сама найдет себе место подальше, а вместе с ним – приключения под хвост.

– И зачем тебе такие проблемы? – искренне озадачился я. Прежде Анамар такой целеустремленностью в женском вопросе не отличался. С другой стороны, я не помнил, чтобы у него когда-то были сложности с женщинами – точно, что ли, захотелось развлечений?

– А я, может, наслушался вашей с Муном философии, вот и нашел себе… – Он бросил ироничный взгляд на спящую девушку.

– Какой такой философии? – совсем уж опешил я.

– Про общие интересы, женские мозги и твердый характер. – Мар пожал плечами. – А если серьезно, она правда очень толковая, думаю, окажется даже полезней, чем Вур.

– Ладно, завтра приводи утром, – махнул я рукой. – Проверим, что она собой представляет. Буди ее, да идите уже.

– Зачем будить? – усмехнулся он, аккуратно подхватывая девушку на руки. Та не проснулась, только что-то недовольно пробурчала во сне и вцепилась обеими руками в одежду на груди Анамара.

– Мне кажется, она ему это припомнит, когда проснется, – задумчиво проговорила Александра, проводив взглядом вышедшего генерала.

– Если она не проснулась, значит, будет молчать и делать вид, что ничего не случилось, – насмешливо фыркнул я, подталкивая жену в сторону спальни.

– Это значит, что его запах и близость не тревожат ее, а скорее всего даже приятны ей. Думаешь, она сознается в этом добровольно и вот так сразу? – весело пояснил я.