Слово Императора

Почему жрицы не могут предать Владыку?

– Я знаю совсем немного, – предупредила она.

– Я вообще ничего не знаю, так что ты в любом случае расширишь мой кругозор.

К сожалению, про самое интересное для меня – про верность жриц – Уру мне почти ничего не рассказала. Она сама весьма посредственно разбиралась в местной магии, поэтому тонкостей не знала, но утверждала, что все дело в крови. По легенде основатели рода Шаар-анов и жреческого рода Таан-веров были первыми оборотнями, и были они не то братьями, не то просто друзьями. И жизни их были связаны уже тогда, причем не только между собой, но и с самим Первопредком.

На мой логичный вопрос, возможно ли такое, что один-единственный род обеспечивал служительницами такую большую страну, как империя Руш, девушка отмахнулась со словами, что за время существования оборотней род разросся и насчитывал около двух тысяч представителей, а этого вполне хватало. Тем более что послушницей – а по сути обслуживающим персоналом «подай-принеси» – могла стать любая девушка в любом святилище, кроме главного: там все были только Таан-вер.

Не то чтобы за это много платили, хотя бесплатной работа и не была, но, по крайней мере, неплохо кормили, а еще – могли спасти от нежелательного замужества. Правда, с последним все было сложно: жрицы далеко не всегда соглашались принять под свое крыло беглянку, и предугадать их решение было невозможно.

Никого с внешностью, подходящей под описание вчерашней старухи, Уру вспомнить не смогла. Более того, вот так с ходу она не смогла припомнить ни одной желтоглазой жрицы; но, принимая во внимание численность последних, это ни о чем не говорило. Да и при условии, что вчерашние события не были сном, я очень сомневалась, что их участница действительно была жрицей и выглядела именно так.

На вопрос о странном поведении императора Уру вразумительного объяснения дать не смогла (она сама, по-моему, первый раз о таком слышала), а вот на просьбу проводить меня в библиотеку откликнулась живо.

По дороге туда я задала вопрос об отношении оборотней к поцелуям, чем вызвала весьма неожиданную реакцию. Девушка сначала не поняла, чего я от нее хочу, а когда я объяснила, смутилась, растерялась, потупилась и забормотала что-то невнятное на тему «ой, ну там глупости».

– Уру, – с нажимом повторила я.

– А вам зачем? – настороженно уточнила она.

– Затем, что у нас это такое же естественное проявление чувств, как объятия, но я смутно помню, что где-то слышала о другом значении этого жеста у вас, – раздраженно пояснила я.