Смех Циклопа

 В это время там творятся жуткие вещи. Это опасные безумцы!

– О Театре Дариуса. Полночь понедельника. Там убивают при помощи анекдотов и пистолетов.

Бывший научный журналист соизволит наконец обратить на нее внимание. Судя по растрепанной рыжей копне на голове и пыльному кожаному обмундированию, ей здорово досталось.

– Ничего не понимаю. Что вы несете?

– Сейчас они будут здесь. Они вооружены!

Тем временем в теленовостях начался новый сюжет. Папа римский выступает перед толпой. Судя по субтитрам, он отговаривает верующих пользоваться презервативами. Теперь музыка до смешного не соответствует теме.

– Опомнитесь, Исидор, послушайте меня!

Она выключает стереосистему. Он, не выходя из своего флегматичного состояния, включает звук телевизора.

Она хватает пульт и гасит телевизор.

– Вы что, не понимаете? За мной гнались. Они знают, что я здесь.

– Вариантов всегда три: 1) драться, 2) подавить, 3) сбежать, – перечисляет Исидор.

Раздаются шаги троицы, поднимающейся на водокачку по винтовой лестнице.

Исидор включает охранную видеокамеру. На экране трое в розовом, с оружием, приближающиеся к их убежищу.

– Вариант номер три: бегство.

– Лестница-то всего одна!

– На случай непредвиденной ситуации у меня есть аварийный выход.

– Что угодно, лишь бы скорее! Они здесь!

– Прекратите истерику, вы становитесь предсказуемой. Спокойно, идите за мной.

Когда непрошеным гостям остаются последние метры, Исидор преспокойно переходит по мостику на остров и закрывает люк. Троица пытается высадить дверь, стреляет в замок, издающий колокольный звон. Железная дверь вот-вот поддастся.

– Ну и где ваш аварийный выход? Тоннель, вторая лестница, лифт, вертолет, катапульта? – тараторит, захлебываясь, Лукреция.

Исидор вытягивает из шкафа матерчатый мешок, достает и разматывает длинную веревочную лестницу и выбрасывает ее в иллюминатор.

– Вы шутите? Вы имели в виду эту ерунду?

Под оглушительные удары в дверь журналисты лезут в иллюминатор и быстро спускаются по веревочной лестнице вниз.

Вокруг них беззвучно носятся летучие мыши.

Лукреция ведет Исидора к своему мотоциклу с коляской, вынимает из-под кожуха шлем и мотоциклетные очки и сует ему.

Он садится и накрывает себе колени кожаным фартуком.

– Вы отдаете себе отчет, что я спокойно смотрел у себя дома телевизор, а вы вторглись ко мне в час ночи? Надеюсь, у вас есть убедительное оправдание, – ворчит он.

Она хочет дать ему револьвер, но он смотрит на него с омерзением. Схватив револьвер за дуло, он отшвыривает его далеко в темноту.

– С ума сошли? Это же коллекционный «Манурин» 1973 года, калибр 357 «магнум», он стоил мне целое состояние!

– Огнестрельное оружие мешает думать. Возникает ощущение, что оно решит проблемы за нас, но оно ложное.