Соблазн (СИ)

Дима забрал сигарету из руки Алексея и, сделав несколько затяжек, протянул ее обратно.

— Вероятно, он предполагает, что я буду мстить или еще что-то. Напишу какие-нибудь гадости про его «замечательный» клуб…

— А есть за что мстить?

— Может, за то, что он выгнал меня из дома, оставив без денег и поддержки. Я уехал в Лондон. Нашел друзей. Была неплохая работа… Но Аня как раз развелась и начала часто мне звонить. Я чувствовал, что она в депрессии, поэтому из-за нее и вернулся.

— Я и не предполагал, что у вас все настолько хреново. Насколько я понял, то с сестрой у тебя совершенно другие отношения.

— Да, мы близнецы, с этой… мифической взаимосвязью, — Дима улыбнулся собственному определению. — Аня единственный человек, который переживает за меня и заботится обо мне.

— А как же мать? — удивился Алексей.

— Она ушла от отца еще задолго до всего этого. Он позаботился, чтобы лишить ее материнских прав, так что она не имела права с нами видеться. Потом куда-то переехала, и мы потеряли связь…

— Да уж, — покачал головой он, — хоть роман пиши.

Ему так захотелось защитить Диму от всего этого. Как-то спрятать, чтобы ему больше никто не причинил боли.

И хотя тот рассказывал обо всем спокойно, Алексей мог только догадываться, через что тому пришлось пройти.

— Иногда думаю, лучше бы вообще не знать своего отца, чем иметь такого, как мой.

— Ну, тогда спроси у меня, — вздохнул Алекс, сделав последнюю затяжку и затушив сигарету о блюдечко на тумбочке.

— Как раз я и не знаю своего отца. Вернее, я видел его фото, но это как смотреть на совершенно постороннего человека и пытаться поверить в то, что он как-то с тобой связан. Мать бросила его, когда мне было два года.

Он тогда работал на вахтах. А спустя какое-то время стала усиленно пытаться построить свою личную жизнь. Естественно, что я стал ей в этом мешать, и меня быстренько отправили на попечение бабушки. Пока она меняла своих многочисленных возможных кандидатов в мужья, я успел вырасти и научиться соображать своей головой. В общем, как-то так. Потом я уехал учиться в столицу, познакомился с мажором Никитой…

— Ник — мажор? — засмеялся Дима.

— Ну посмотрим, — хмыкнул Алексей, — единственный любимый сын в семье, с которого всегда сдували пылинки и ни в чем не отказывали.

Думаю, да. Правда, нужно отдать ему должное, его это никак не испортило.

Дмитрий с каким-то неподдающимся пониманию наслаждением слушал Алексея и чувствовал, как в этот самый момент между ними что-то происходило. Устанавливалась какая-то невидимая связь. Нечто большее, чем страсть. Намного большее. Доверие и эмоциональная близость.

— А потом вы решили основать свое издание?

— Нет, потом я работал везде, где только можно, лишь бы не возвращаться назад в провинцию.