Согрей моё сердце

На нас летят ветки и прочий мусор. Антарес бьёт наручем по бедру и, активизируя щит, прикрывает наши головы.

– Малыш, вернись! Он же его раздавит! – восклицаю.

Орион прячется за наше укрытие, перехватывает за торс и прижимает к корпусу. Наверное, думает, я побегу туда спасать детёныша. Я не настолько идиотка. Умирать ради мелкого зверёныша не хочется.

– Звёзды! Ты с этим ицаром просто созданы друг для друга, одинаково безмозглые и бесстрашные, – ворчит Процион.

Не успеваю возмутиться, происходит немыслимое. Из чащи за нашими спинами вылетает стая взрослых ицаров и молниеносно атакует гиганта.

В тёмное небо взмывают все птицы разом и улетают подальше от бойни. Остальные жители леса громко воют и разбегаются. А пространство оглушают рычания разной тональности.

– Так! Не будем проверять, кто из них нас прикончит первым, – решает Арткур и, убрав бластер, швыряет в мужчин рюкзаки.

Всё происходит очень быстро. Пока ицары и теят дерутся. Часть ребят тушат наш костёр и срывают силовые ленты. Становится очень темно, лишь силуэты монстров мелькают. Меня подхватывают на руки, и мы куда-то бежим. В темноте. По чащобе лесной.

Мужчины перепрыгивают ухабы и препятствия. Ветки хлещут, ноги вязнут в сугробах. Я не рыпаюсь, вжимаюсь комочком в руках безопасника, утыкаюсь носом в сгиб шеи и жмурюсь крепко.

Минут через двадцать беготни впереди виднеется небольшое свечение от силового поля. Мы выбрались к границам? Ура! Мужчины замедляются, и Арткур выпускает меня, но за руку держит крепко.

– У нас получилось, Коланца! Я же говорила, будет весело, – виновато бормочу, чтобы скрыть облегчение от нервного напряжения. Да и чувствую себя ужасно виноватой перед всеми мужчинами.

Уверена, если бы не моё вмешательство, они бы уже к обеду выбрались. Я замедлила всю группу, подвергла опасности стольких мужчин. И ещё неизвестно, как справились остальные группы?

– Что б я ещё раз поклялся кому-то защищать тебя! – ворчит беззлобно безопасник. Останавливаю нас и разворачиваю мужчину к себе. Он хмурится, не понимает, что за задержка.

– Прости меня, Арт. Из меня ужасный напарник. Можешь с чистой совестью выпороть, заслужила.

– Сначала я отшлёпаю, – вносит ценное мнение Процион, проходя мимо нас.

Фыркаю. Но огрызнуться не успеваю, Арткур тянет на себя и крепко прижимает к груди.

Взбираюсь под его куртку и обнимаю за торс.

– Нет, не заслужила, Ведана. Ты была смелым и храбрым напарником, – тихо отвечает Арткур.

– Жалко только малыша. Он там один совсем остался, – бормочу, пряча лицо в рубашке.

– Цел твой малыш, Проци его забрал, – усмехается мужчина, удивлённо отрываю голову и заглядываю в глаза безопасника. Надо же, не такой и гадский гад этот принц.

Арт улыбается, целует в лоб и, разжав объятья, подталкивает вперёд.