Согрей моё сердце

– Всегда знала, что у варваров нет никакого кодекса чести, – тряхнув волосами, направляюсь на улицу.

Сириус догоняет меня и на лестнице придерживает за локоть. Опять по телу расползается тепло. Проанализировав собственные ощущения, понимаю, что это, скорее всего, реакция моих ахернарских генов. Мы ведь две противоположности. Он – горячий сеатец, у которого внутри горит огонь. Я – частично ахернарийка, ледяной гуманоид. Огонь растапливает лёд. Элементарная физика. Вот и всё.

Выйдя в сад, останавливаюсь и осматриваю разгуливающих женщин и снующих между ними слуг. Встречать избалованных аристократок мне ещё не приходилось. На Вальдосе все мои бабушки, дедушки, тёти и прочая венценосная родня были совершенно просты в общении. Если и показывали характер, то направлен он был на чужих существ. А сейчас мне придётся столкнуться с главными женщинами Ахернара. И что из этого выйдет, даже боюсь предсказывать.

Заметив в главном шатре маму и папу, подхватываю юбки и спешно иду к ним. Но дойти не успеваю. Мне преграждает путь средних лет ахернарийка. Довольно упитанная дама, слащаво улыбаясь, делает неумелый реверанс. По сравнению с ней я худышка. Отступаю, боясь, что она меня просто снесёт, и упираюсь спиной в грудь Сириуса. Не дёргаюсь, наоборот, он как-то успокаивает меня своим присутствием.

– Мирного неба, Ваше Величество. Мы так и не познакомились. Я глава Совета женщин Виндемиатрикс Риваль, – елейным голосом представляется особа. Мне её имя в жизнь не выговорить. – Соболезную вашей утрате. Как жаль Церебру, она была совсем молода.

Поднимаю раскрытую ладонь, как учил Алькор, прекращая её стенания. Женщина замолкает на полуслове.

– Ближе к делу, – холодно чеканю, осматривая нечитаемым взглядом.

– Я прожила во дворце двенадцать лет. Но вчера меня почему-то переселили в крыло наложников. Вы же понимаете, что это не по моему статусу? И далековато от кабинета, приходится пересекать почти весь дворец, – укоризненно замечает дамочка.

– У Совета нет своего дворца? – выгибаю бровь, прекрасно зная, что все вопросы Совет решает в Доме Советов. И по сути, эта мадам очень хорошо устроилась на шее у бабушки.

– Есть конечно же. Но мы с Цереброй были в тёплых дружеских отношениях. Поэтому она позволяла мне жить в правом крыле дворца и занимать один из кабинетов.

– Больше у вас нет таких привилегий, – поворачиваю голову в сторону, взглядом подзывая дворецкого. Он тут же бросает все свои дела и мчится ко мне. – Поллукс, глава Совета Риваль больше не живёт и не работает во дворце. До завтра приведите в надлежащее состояние покои и занимаемый этой женщиной кабинет.

– Будет исполнено, – отвечает дворецкий и ретируется.

– Но Ваше Величество! – возмущается женщина, потемнев от негодования.