Список чужих жизней

Уже прикупили домик на зеленоградском направлении, вернее, продали предыдущий и купили новый – чуть просторнее. Это не запрещено законом – к тому же заслуженным людям. В Министерстве среднего машиностроения, управляющем атомной отраслью промышленности, Игорь Валентинович трудился с 53-го года – считай, с момента его образования. Квартиру на улице Адама Мицкевича (кубатуру помещений Никита оценил) получили десять лет назад – не просто так, а за заслуги перед отечеством. До этого перебивались, жили в Серпухове, потом в Химках, ютились в «крохотной квартирке» в Новых Кузьминках… Сам он родом из городка Осташков, что Калининской (бывшей Тверской) области.

В эпохальных событиях по понятным причинам не участвовал. В 34-м году, как обычный советский человек, отправился служить в Красную армию, долг Родине отдавал на Дальнем Востоке, где было неспокойно, вернулся в 37-м… На этом месте Инна Савельевна споткнулась, с усилием продолжала. Были перегибы, знаменитое «лес рубят, щепки летят». Об этом официально признано на XX съезде партии… Ее отца, преподавателя в техникуме, арестовали, дали десять лет без права переписки. Родители Игоря тоже пострадали, но до тюремных сроков не дошло, получили поражение в правах. Но оба поступили в Калининский инженерный институт, где и познакомились. Окончить не дала война, враг рвался к Москве. Игорь Валентинович записался добровольцем, не стал ждать, пока мобилизуют. Инну Савельевну с семьей эвакуировали под Владимир, она была беременна Надеждой. Страшные годы, перебивались, как могли, жили надеждой (и той, которая подрастала, – тоже). Работала на заводе в ночную смену, утром бежала к матери, которая сидела с Наденькой. Но страшнее всего – неизвестность. Когда врага погнали, вернулись в Осташков (без матери, та скончалась в эвакуации). В один прекрасный день появился Игорь Валентинович, живой, хотя и не совсем здоровый – с хроническим бронхитом! Это не имело значения, Инна Савельевна цвела и пахла. Гаранин попал со своей частью в окружение, долго выбирались, потом отправили на переформирование. Адрес любимой он просто не знал, тоже мучился от неизвестности. Война закрутила, опять окружение, партизанский отряд, в котором он воевал больше года, пока немцы не устроили облаву и не уничтожили весь личный состав. Спаслись несколько человек, скитались по деревням в немецком тылу, примкнули к подполью. Все проверки НКВД после завершения боев Игорь Валентинович прошел, чист перед Родиной и партией. Дальше тоже было тяжело, но это такая ерунда! Выжили, были вместе! Дочурка подрастала, охотно признала папу. Доучились, одновременно работали.