Судить буду сам

Что тут сложного?

– Ну, если память не изменяет, Ромка был в гостях у кого-то из своих друзей… – раздраженно уведомил Фоломьев.

– М-м-м… Точно не могу сказать, но Геннадий, по-моему, тоже был у кого-то из своих приятелей, – развел руками Забунто. – Ну и что из этого следует? Выходит, если меня в тот день не было дома, я тоже принимал участие в убийстве и изнасиловании?

– В тот день, когда в городе Запрудинка неизвестные на иномарках сбили женщину с ребенком, – проигнорировав его выпад, Чубареев продолжил выкладывать свои факты, – их тоже не было дома? Тоже… И в тот вечер, когда неизвестное авто задавило в Липинце сразу троих и покалечило еще нескольких, они тоже отсутствовали. Я уже не говорю о целой пачке заявлений, поступивших за этот месяц в райотделы области от женщин, которые подверглись групповому насилию. И во всех этих заявлениях фигурируют одни и те же машины – черные «Лексус» и «БМВ» и темно-синий «Форд Мондео». Господа! То, что произошло с вашими сыновьями, мне кажется, не проделка неизвестных террористов, а чья-то изощренная месть за причиненную ими боль. Я это говорю не для того, чтобы анализировать нравственный облик погибших во время взрыва, а чтобы найти ниточку к тем, кто хотел бы им отомстить. Более того! Мне почему-то кажется, что это – только начало. Боюсь, скоро мы услышим и о других, не менее загадочных смертях.

Судя по всему, этот «спич» хозяина кабинета окончательно поверг в шоковое состояние обоих визитеров. Они растерянно молчали, как видно, пытаясь собраться с мыслями. Наконец первым пришел в себя Фоломьев.

– Ну, если вы их, как я понимаю, подозревали в уголовщине, то почему же не задержали?! – почти выкрикнул он. – В конце концов посидев в том же СИЗО, Ромка хотя бы остался жив. Да, может быть, и ума малость набрался. Что ж вы-то бездействовали?

– Альберт Филиппович, это вы сейчас так говорите… – невесело усмехнувшись, Чубареев покачал головой. – А попробовали бы мы его задержать, что бы вы тогда сделали? Да сразу же стали бы звонить и губернатору, и в Москву, и адвокатам, и правозащитникам… Прямых улик у нас нет и сейчас. Да и попробуй их найди! Вон, на днях, после происшествия в Липинце, я посылал оперов осмотреть машины, засветившиеся в Наковальском. И что же? Еле-еле удалось провести эту условную, формальную проверку. Господа, мы здесь одни и будем говорить откровенно. Я прекрасно знаю, каким образом вы, Альберт Филиппович, стали обладателем контрольных пакетов акций. Мне хорошо известно, Аристарх Геннадьевич, какие откаты платятся в стенах вашего вуза – и при приеме, и во время сессий…

Он замолчал и выразительно посмотрел на своих собеседников. Те, не проронив ни слова, лишь в очередной раз переглянулись.