СВО. Пекло войны

Потом остыла и через пару часов сказала, что я герой, что она об этом не подозревала, – вспоминал Поэт осень прошлого года, когда он сам пошел в военкомат и попросился в Донбасс.

Свой позывной боец получил, как это несложно догадаться, за свое хобби. На войне писать стихотворения не перестал. Сюжеты – военные, как это ни странно. Об обыденной жизни, об окружающих людях, о собаках, которых тут предостаточно. Как признался Поэт по пути на позицию, одна ему настолько запала в душу, что он даже планирует ее впоследствии забрать в мирную жизнь. Одному псу, самому боязливому, который огрызался на бойцов и других собак, который боялся любого шороха, посвятил свое стихотворение.

Пес подстроился под своих собратьев и больше свой страх не показывал. Лежал в ногах у Макса мирно, пытался уснуть. Периодически поднимал голову, оглядывался, а после укладывал ее на лапы и закрывал глаза, не обращая внимания на трескотню пулеметов. Должно быть, снова что-то подозрительное плыло по темно-синему полотну. В какой-то момент затихло вновь. Тишина держалась минут десять-пятнадцать.

– Пока затихло, пора возвращаться, – сказал Поэт и пошел за бойцом, который меня отвез в Донецк.

В город вернулись, когда уже стемнело. Катили по Киевскому району, там, где намеренно выключены фонари. Пробирались сквозь тьму августовского вечера. Смотрел на мелькающие огоньки проезжающих мимо автомобилей сквозь паутину прошитого осколком стекла. «Газелька» пережила несколько прилетов, но все еще оставалась в строю.

По обыкновению, когда попадаешь в Донецк после позиций, пропадает чувство тревожной настороженности. Ложное чувство, ведь среди мирных кварталов сейчас порой опаснее, чем в окопах, что отмечают даже военные. И все же наступило обманчивое облегчение, будто попал в безопасное место. Оно испарилось быстро, когда водитель высадил в пункте назначения, а со стороны, откуда мы только что приехали, стали доноситься взрывы. ВСУ забрасывали Киевский район кассетными снарядами. Загорелся гражданский дом.

«В очередной раз пронесло», – мысль, которая всякий раз приходит в голову, когда, возвращаясь с передовой, пропускаешь свою очередь на «черный билет». Сколько еще осталось до лимита везения, неизвестно.

Накануне весь день лил дождь. Местами срывался в снег, но мне так и не удалось его увидеть. Первый в этом году и уже во второй половине ноября. Осень выдалась теплой настолько, что казалось, будто снег стоит ждать ближе к февралю, не раньше.

Не считая барабанной дроби по подоконнику, день выдался тихим. Ни канонады, ни работы ПВО, ни звуков прилетов – ничего, что могло бы дать понять, что это военный город.