Тайные тропы
На карте нет никаких обозначений ни бараков, ни узкоколейки, ни бетонной дорожки. Но зато три больших болота указаны, они образуют замкнутый треугольник, внутри которого, по словам Каленова, и расположен завод.
Никита Родионович нашел видимые на карте и могущие быть замеченными с воздуха ориентиры и стал называть их. Андрей записывал на листке бумаги. Около двух ночи предстоял сеанс с «большой землей». Надо было уведомить ее о подземном заводе.
Неожиданно в парадное раздался стук. Все насторожились. Стук повторился. Быстро убрали карту. Алим вышел в переднюю. Воцарилось напряженное ожидание.
— Хорошо, что предупреждает, — сказал Вагнер. — Племянничек у меня особенный. Я раньше надеялся, что он окончит карьеру с веревкой на шее, а теперь сомневаюсь.
— Почему? — рассмеялся Андрей.
— Слишком стремительно он бросился на запад. Это не случайно. Оттуда запахло союзниками и, в частности, англичанами.
— А кто ваш племянник? — поинтересовался Грязнов.
Вагнер невольно взглянул на Абиха.
— Хотел рассказать про него, так надо тебе было перебить мысль своими англичанами... Кто он, трудно сказать, точнее всего — дипломат...
— А дипломат в переводе на немецкий означает шпион, — вставил Гуго.
— Он крутится вокруг Риббентропа и не безуспешно. Человек без чести, без убеждений, без чувств. Имеет только одну цель и не считается со средствами для ее достижения. Цель — деньги. Он одержим манией обогащения. Корчит из себя дальнозоркого политика, близорук как курица, надеется стать министром.
— Каким образом? — спросил Ожогин.
Старик на русском языке, чтобы слышал Алим, рассказал подробно историю их знакомства с момента встречи в лесу. Укрыв Алима в балке, Вагнер еще не представлял себе, как объяснит появление и пребывание в своем доме советского человека.
— Сам видишь, сказал я племяннику, стар я стал, а надо смотреть и за домом, и за садом. И этого было достаточно...
Выслушав рассказ, Алим заметил:
— Альфред Августович самый богатый человек.

















