Тайные тропы

Экскурсия, предпринятая Андреем и Алимом, была необычной. Последнее время Ожогин делал все возможное, чтобы вывести подпольную группу антифашистов, руководимую Генрихом, на путь настоящей боевой работы. Надо было наносить чувствительные удары, способствующие успехам Советской Армии на фронтах. Этого требовала и «большая земля». Но участники подполья не имели еще опыта боевой работы. Первым шагом в этом направлении было уничтожение Лодзе, второй шаг — операция, связанная с подземным заводом. Руководство ею было возложено на Грязнова и Ризаматова.

Операции предшествовала долгая подготовительная работа, в которой принимали участие несколько человек; Гуго поручили изготовление взрывных материалов.

Ожогин поднял вопрос перед Долингером о необходимости провести несколько тренировочных сеансов в открытом поле. Тот поддержал предложение и доложил об этом Юргенсу. Ожогину и Грязнову выдали пропуска на хождение за городом в десятикилометровой зоне и специальное разрешение на вынос радиостанции с питанием. Они провели уже пять сеансов, сегодняшний выход был шестым по счету. Удаляясь на различные расстояния от города, они устанавливали связь с радиоцентром Долингера днем и ночью.

Первые три сеанса их сопровождал, по просьбе Ожогина, человек Долингера, под тем предлогом, что им были незнакомы окрестности города, а на два последних сеанса они выходили самостоятельно.

Генрих встретил гостей на крыльце.

— Заждался, — объявил он, крепко пожимая руки Алиму и Андрею. — Пойдемте в дом, Марта ужин приготовила...

Друзья попытались отказаться от еды. Они знали, как трудно в городе с продовольствием, но коль скоро стол оказался уже накрытым, а Генрих, ожидая их, ничего не ел, пришлось принять приглашение.

Дом состоял из прихожей, кладовой и небольшой комнатушки. Из двух маленьких окон открывался вид на железнодорожное полотно, проходящее в каких-нибудь пятнадцати метрах от дома. Стол, несколько стульев, посудный шкаф и сундук составляли все убранство квартиры. В комнате было чисто и уютно.

Со двора вошла пожилая женщина, жена Генриха, и поставила на стол тарелку с вареным картофелем и миску с молодым зеленым горохом.

Фель познакомил гостей с женой и пригласил всех за стол.

— Порядок требует начинать не с картофеля, — сказал Генрих, направился к шкафу и вернулся к столу с пузатеньким фарфоровым графином и рюмками. — Это особенный напиток, собственноручно изготовленный Мартой, — объявил он, разливая содержимое графина по рюмкам.

Напиток был до того густ, что напоминал собой ликер.

Когда жена Генриха зажгла свет, сам он подошел к окнам и затянул их черной маскировочной бумагой.

Ужин прошел за беседой. Узнав, что оба друга холостяки, Фель улыбнулся.

— А я дважды женился...