Тайные тропы
»
Сопровождавший офицер объявил, что его миссия окончена, и, расшаркавшись, быстро исчез.
В комнате стояли четыре мягких дивана, несколько кресел и круглый стол, покрытый бархатной скатертью. На столе красовалась ваза с живыми цветами. В открытых окнах плескались легкие шелковые занавески. Можно было без ошибки определить, что друзья попали в чью-то приемную.
— Посидите, я сию минуту, — сказал поручик и вышел в боковую дверь.
Ожогин, Грязнов и Ризаматов остались одни; они молча, с любопытством разглядывали большую комнату, стараясь угадать, куда их привели. Дверь скрипнула, и в комнату вошел Боков.
— Вот что, господа, — сказал он, усиленно потирая руки, — долго вам здесь быть не придется. Завтра, пожалуй, мы вас отправим. — И, пытливо оглядев каждого, как бы желая узнать, какое впечатление произвели его слова, он продолжал: — Я вас сведу сейчас на квартиру, где вы остановитесь на сегодня. Вас предупредили, за кого себя выдавать?
— Да, — сказал Ожогин. — Мы партизаны из отряда Бровича...
— Совершенно верно. Как попали сюда из Германии — тоже знаете?
— Вот и замечательно... Если спросят, рассказывайте все обстоятельно, не бойтесь.
Боков подробно пояснил, где действовал отряд, из-кого он состоял, какие провел операции, как погиб его командир Брович.
По пути на квартиру Никита Родионович спросил Бокова:
— А маршал Тито в городе?
— Хотелось бы повидать.
— Конечно... О нем много пришлось слышать.
Боков криво усмехнулся.
— Его не так трудно увидеть, он всегда на виду. Это любимец толпы, кумир, божество... Тито — это личность.
«Странно, — подумал Никита Родионович, — почему этот белогвардеец хвалит его?»
— Видите маленький домик? — остановился Боков и указал пальцем на противоположную сторону.
— А если он не пустит? — спросил Грязнов.
— Тогда бы я вас не направлял к нему, — быстро ответил Боков. — Говорите по-русски с ним. Скажите, что вы первые из отряда Бровича попали в Белград.
— А если этот человек появится, когда нас не будет? — поинтересовался Алим.
— Он придет, когда вы будете в доме, — коротко бросил Боков. — Идите, нам долго стоять вместе не совсем удобно, — и он оставил друзей.

















