Тайные тропы

Никита Родионович уже знал по прошлым встречам, как любил свою республику майор Шарафов, как воодушевлялся он, рассказывая о перспективах развития ее народного хозяйства, как тепло и убедительно, со знанием жизни говорил он о мирном труде хлопкоробов, горняков, строителей, ирригаторов.

Он жил не только интересами своего дела, но и интересами всей республики, всей советской страны. Он был в курсе строительства колхозной электростанции, над которым шефствовал его коллектив, знал, сколько семей и из каких областей добровольно выехало на покорение Голодной степи, был осведомлен о том, с какими трудностями сталкиваются строители новой железной дороги, пересекающей пустыню, мог сказать, какие полезные минеральные ресурсы открыты в республике, — называл цифры добычи угля, плавки металла, рассказывал об оригинальной конструкции хлопкоуборочной машины, ее мощности, времени, затрачиваемом на ее выпуск.

— Эх, и разбогатеет скоро наша республика, хотя она и сейчас не бедна, — говорил Шарафов. — По хлопку мы были и будем на первом месте. — Он смолк на секунду, как бы собираясь с мыслями, и продолжал: — Скрывать нечего.

В годы войны трудновато было. И сейчас еще не совсем легко, но уже не то. Начинаем разворачиваться вширь и вглубь, и каждый может наглядно убедиться в этом. Лучше всего агитировать примерами и фактами, словами теперь никого не удивишь. Вон, смотрите сюда, — Шарафов показал вперед, влево. — Колхозная агрономическая лаборатория. Несколько дней назад открыли. Ведь недавно колхозники могли только мечтать об этом. — Он сбавил скорость машины, вглядываясь в светлое здание, окруженное клумбами ярких цветов, а потом заговорил опять: — И не только ведь у нас дело идет на подъем. Послушайте, что говорят наши люди, побывавшие на правах гостей в странах народной демократии. Сердце радуется. Они так окрепли, что за короткий срок обогнали многих западных соседей. Вот что значит превосходство идеологии, передовых идей! А в США и в Англии определенные круги никак не найдут себе места от успехов демократических стран. Они сейчас попытались выступить под новым флагом, под флагом заботы о соблюдении демократии. Авось да пройдет. Авось да что-нибудь выгорит. К нам они вынуждены подходить с другой меркой, рассчитывают на саткынбаев, раджими и им подобных. Но из этого ничего не выйдет.

Машина въехала в город. Расставаясь, майор Шарафов предупредил Ожогина:

— Вы постарайтесь притти к Раджими минут на десять ранее.

Никита Родионович тут же, чтобы не забыть, перевел стрелку своих часов на десять минут вперед.

Рынок... водопроводная колонка... три тополя... разваленный дувал... Все на месте. Парикмахерская открыта. Это увидел Никита Родионович еще издали.

Дверь в комнату Раджими он потянул на себя, и она подалась.