Тиберианец

Отец смутно помнил те дни. Словно всех пленников чем-то одурманили. Они подчинялись слепо и безропотно, — до тех пор, пока тиберианцы не атаковали кратер.

— Ты знаешь, чем закончилась та битва?

— Омни исчез. Скелхи вскоре все передохли, а фокарсиане рассеялись по Первому Миру.

— То появляется, то исчезает. Так говорят. Я лично не бывал в тех краях. Своими глазами не видел.

Норл вскоре ушел обустраивать лагерь, а он все стоял на краю смотровой площадки.

Жизнь в последнее время не щадила Глеба, и он как-то быстро, незаметно повзрослел под ударами судьбы. Его мировоззрение изменилось, стало шире, словно вырвалось из тесной клетки.

Мысли и чувства, не дающие покоя, уже не принадлежали сельскому парнишке.

В редких разрывах пылевых облаков взгляд находил обломки былого величия цивилизаций. Родной мир когда-то выглядел совершенно иначе, а населявшие его существа явно не прозябали от Смещения к Смещению.

В силу возраста, Глеб еще не разучился мечтать. Хотелось понять наследие прошлого, почерпнуть из омута времен мощь технологий…

И снова в памяти всплывали заметки старого тиберианца:

— Какие планы? — уловив его настроение, поинтересовался Хашт.

— Возвращаюсь назад, — решительно ответил Глеб. — Мой долг уплачен сполна.

Инсект лишь сдержанно кивнул, не видя повода для возражений.

— Уже уезжаешь? Даже не передохнешь? — норл бросил все, подошел. Наверняка Хашт передал ему мысленный образ, характеризующий намерения юноши.

— Вздремну по дороге. Включу автопилот. Тоннель теперь разведан, смогу проскочить опасные места на скорости. Мне действительно пора. Есть люди, о которых я должен позаботится.

— Понимаю. Но все равно, жаль, что не останешься с нами.

— Это не обсуждается.

На самом деле Глеба неодолимо манили приключения, и он боялся поддаться секундному порыву.

«Сюда я еще вернусь. Обязательно вернусь…»

— Удачи вам на Равнине Порталов. Ронг, я отметил Белые Скалы на твоей карте. Если не найдешь пути в свой мир, приходи, буду рад.

— И тебе удачи Глеб.

Прощаться было трудно. За несколько дней они успели крепко сдружиться.

Глеб развернулся и не оборачиваясь пошел к флайкару. Так проще.

Дверь машины автоматически открылась, мягко заурчал двигатель, осветилась приборная панель… но забраться внутрь он не успел.

Земля неожиданно дрогнула от сокрушительного толчка.

Глеба сбило с ног. Еще не понимая, что происходит, он попытался вскочить, но куда там! Все ходило ходуном, по скалам прыснули трещины, а одно из старых укреплений, защищающих устье тоннеля, начало разваливаться, оседая в клубах пыли.