Тиберианец

Похоже он застрял тут надолго…

— Глебушка, родной, иди сюда!

Знакомый голос больно царапнул по нервам.

За деревьями стояли родители. Он отчетливо видел их призрачные черты, одновременно понимая, — этого не может быть. Они погибли давно и не могли сохранить свои сущности. Хотя среди сельчан бытовали жутковатые легенды о призраках, которые вполне осознавали себя и даже могли влачить существование в глубоких шахтах, логрианских тоннелях и других подземельях, где энергии гиперкосмоса не так сильны, как на поверхности…

Иррациональность происходящего сбивала с толку.

Внезапно в стылых сумерках Гиблого Леса, где воздух казался совершенно неподвижным, а звуки глохли, доносились невнятно, громко и отчетливо хрустнула ветка.

Кто-то продирался сквозь колючие заросли!

Он прислушался. Да, точно, звук приближается!..

— Глеб, ну иди же к нам! — раздался приглушенный голос отца.

Крона ближайшего дерева внезапно шевельнулась, вниз, медленно кружа, полетела пожухлая листва.

Ни ветринки. Так кто же потревожил засохшие ветви?

Стая призраков! Посмертные сущности фокарсиан подбирались к нему явно не с добрыми намерениями.

Он подобрал с земли палку. Хоть какое-то оружие!

— Подожди! Не связывайся с ними!

Этот голос, по тембру принадлежащий девушке, Глеб не узнал, но отчего-то послушался.

— Уже близко! Не шевелись. Не нападай на них!

Она вышла из сумрака, морщась вытащила несколько колючек, впившихся в ладонь, затем дерзко взглянула в глаза Глебу и, внезапно смутившись, тихо сказала:

Вкрадчивая дрожь ползла по спине, стягивая кожу мурашками. Девушка, совершенно не похожая на призрака, была симпатичной, неброско одетой. Короткая стрижка, бесстрашный взгляд, — вроде бы ничего особенного, но ее облик почему-то вызвал у Глеба внутреннее смятение.

Тем временем призрачные твари начали спрыгивать на землю, окружая их.

— Не шевелись. Не нападай. Это все ненастоящее. Они не смогут нас тронуть, если ты не позволишь.

— Ты в сумерках своего же сознания. Постоянное использование нейроинтерфейса вызвало перегрузку рассудка.

— Тогда кто ты? Я ведь тебя не знаю, а значит не могу помнить или вообразить, верно?

— Я «Beatris». Боевой искусственный интеллект. Помнишь кристаллосферу, которую притащил серв?

— Это и я и есть. Для тебя просто Беат, ладно?

Глеб опешил. Такого оборота событий он не ожидал.

— Но как ты попала в мое сознание?!

— У меня есть способность к прямому нейросенсорному контакту. Твой имплант допускает такой тип соединения. Я пришла помочь.

— Значит все вокруг — лишь плод моего воображения?

— Да. Но опасайся собственных фантазий. Они могут убить, если дать им волю. Просто уходим отсюда.

— Иди за мной. Я выведу тебя из Гиблого Леса.

Она взяла Глеба за руку. Ее ладонь была теплой.