Товарищ "Чума" (СИ)

— А как без этого в наше время?

— Одного вы, атеисты, понять не можете, — с насмешкой произнесла мать Акулины, — что окружающий нас мир куда сложнее, чем кажется на первый взгляд! И помимо очевидных вещей существуют еще и тайные, сокровенные знания, недоступные простым смертным! Лишь поповскому сословию часть ведовских тайн известна была. Только вы же и их постарались уничтожить как чуждый простому народу элемент.

После этих слов я постарался присмотреться к этой женщине повнимательнее. Ну, не походила она на «темную крестьянку», безоговорочно верящую в ведовство и темную волшбу.

Не такой мне представлялась внучка деревенской ведьмы-знахарки. Совсем не такой.

Правильно поставленная речь, в которой нет-нет, да и проскакивали научные термины, выдавала в ней человека с высшим образованием. Сдается мне, что она намеренно коверкала и упрощала донельзя свою речь, пытаясь соответствовать определенному клише «средневековой знахарки».

И еще, есть подозрение, что со мной она была ещё наиболее раскрепощена, а с деревенской «клиентурой» ведет себя совсем иначе. И хрен кто её раскусил — конспирация на высоте! Так что с этой странной мадам тоже надо держать ухо востро, во избежание, так сказать, ненужных вопросов.

— Так что, Рома, — продолжила она уже совершенно нейтральным голосом, — не знаю, когда развеется материна волшба, на улице сильно не светись. Не ровен час, заметит кто у нас постороннего человека, да еще и красноармейца, — вновь напомнила она.

— Постараюсь не подвести вас, Глафира Митрофановна, — клятвенно пообещал я. — Вот маму вашу помогу похоронить — и тут же уйду.

— Добро! — согласно кивнула женщина. — Помощь твоя пригодится.

Мы с Акулиной женщины слабые — сами не справимся. И с Тарасовки помощников звать не хотим. Не любят там нас, хотя услугами матери регулярно пользовались… Ох, — всплеснула она руками, — как же мы жить-то дальше будем?

Под руководством Глафиры Митрофановны я осторожно взял на руки мертвую старуху-ведьму, которая, казалось, совсем ничего не весила, и аккуратно перенес её в слегка натопленную баню. Пока женщина обмывала умершую мать и облачала её в похоронные одежды, мы с Акулиной запрягли в телегу смирную пегую лошадку.

Скажу честно, один бы я не управился.

Как-то не приходилось раньше с гужевым транспортом связываться. Во если бы двигатель не сильно сложный разобрать-починить — так это моё. А вот «запрягайте хлопцы коней», как-то мимо меня прошло. Но я внимательно следил за всеми действиями Акулины и накручивал на ус. Так что в следующий раз могу вполне могу справиться самостоятельно — дело-то нехитрое! Не высшая математика, чай.

После этого я отнёс гроб к крыльцу дома и установил его на пару табуреток с облупившейся краской.