Трепет. (не) его девочка

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍- Извините. Спасибо вам. Я могу идти?

Поднимаюсь со стула, чтобы направиться к выходу, но врач меня останавливает.

— Минуточку, Яна Андреевна. Вы противозачаточные пьете?

От этого вопроса кровь приливает к вискам и ушам, жар обволакивает грудь, движется к горлу и, будто пальцами, сжимает его. Почему он спрашивает? Это заставляет меня испытывать неловкость, а также задуматься о том, что сейчас я их не пью, но вскоре, возможно мне придется начать это делать…

— Это касается возможных изменений в вашем лечении. Если появится необходимость назначить вам антибиотики, то я обязан вас предупредить, что они снижают эффективность оральных контрацептивов. Если вдруг начнете принимать их, то на весь следующий месяц желательно выбрать другой способ контрацепции, — профессионально и грамотно поясняет врач, никак не реагируя на мое очевидное смущение.

Он просто выполняет свою работу, Яна. Скорее всего, врач подумал, что мы живем с Рустамом Довлатовичем вместе, вот и решил меня предупредить. В его словах нет ничего необычного. Но мне все равно очень стыдно. Он считает, что мы вместе. Все так будут думать, если я с ним останусь. Все, рано или поздно, будут знать. А вдруг, врач уже сейчас в курсе того, что Рустам Довлатович был моим отчимом? Ему ведь это может быть известно. Тогда, что он думает обо мне? Что я сплю с собственным отчимом?!

— Спасибо за… предупреждение. Я учту. До свидания, — быстро киваю и тороплюсь к двери. Вылетаю из кабинета, как ошпаренная, и тут же врезаюсь в грудь Рустама. Отскакиваю назад и прижимаюсь спиной к двери.

— Все в порядке? — сводит брови мужчина, разглядывая мое, наверняка жутко красное лицо. — Мне показалось, тебя долго не было. Что с тобой?

Я качаю головой и опускаю взгляд.

— Ничего. Все… хорошо.

Не собираюсь пересказывать наш разговор с врачом ему.

— Не похоже, — сильнее хмурится "отчим", подходит ближе и опускает руки на мою талию. Сжимает. Пульс ускоряется, потому что мое безвольное сердце не может не реагировать на его близость, на запах его духов. Он слишком близко и его слишком много. Я отворачиваю голову и перестаю дышать, слышу его шепот на ухо. Горячее дыхание мужчины стекает по моей шее вниз к груди.

— Ни в чем. Я же сказала, — цежу сквозь зубы.

— Я тебе не верю. Ты взвинченная опять. Я не успеваю за твоим настроением, девочка. Тебе придется говорить со мной начистоту.

Хочет начистоту? Ладно. Значит я так и сделаю. Скажу честно, о чем думаю и что меня тревожит. В конце концов, я имею право знать. Поднимаю голову вверх, все еще не дыша. Его пальцы начинают поглаживать мой живот, и я нетерпеливо стряхиваю их.