Трофики

– Добро пожаловать в ад, горожане! Можно пробиться через кусты, но дальше скалы, там вообще отвесная стена!

– Да что ты свистишь, идиот, такого не может быть! – взвыл Руслан и опрометью бросился в кустарник. Остальные топтались перед зарослями, не решаясь лезть за ним.

За шиповником возвышалась плотная стена деревьев – осины, ивы. Скалы там действительно были – чернела в прорехах листвы непроницаемая стена. Руслан вернулся довольно быстро, измазанный, со свежей царапиной. Вывалился из кустов, рухнул на колени, тупо уставился в пространство.

– Нездоровится, брателло? – хищно оскалился Генка и похлопал его по плечу.

– Да пошел ты! – взвился Руслан.

– Идем в обход! – повелела Рогачева, которой не терпелось взять бразды правления в свои руки.

Люди двинулись направо вдоль опушки, перебирались через коряги, залежи перепревшего бурелома. И через минуту сразу двое угодили в замаскированную ловушку! Первой попалась Алла, под ней поплыл грунт, перемешанный с камнями и прелой древесиной. Она замахала руками, потеряла равновесие и поехала со склона, одновременно погружаясь в мешанину перегноя. Пока остальные ловили ворон, к ней метнулся Артем и тоже чуть не скрылся в рыхлой массе! Истекая желчью, извлекали обоих – вытащили с ног до головы перепачканных, ошарашенных. Выход с юга оказался полностью перекрыт. Похоже, не так давно с холма сошел оползень. Возможно, дожди потрудились или еще какая причина. Сила сцепления напитанных влагой грунтовых пород оказалась меньше силы тяжести, вся масса поверхностного слоя пришла в движение и сползла вниз, вывернув кустарники, молодые деревья.

Тут творилось что-то невообразимое – поваленные деревья на опушке вставали неодолимой баррикадой, щетинились сухими сучьями. На склоне было месиво, соваться в которое не хотелось ни за какие коврижки. Генка робко предложил прорубить просеку, но на него посмотрели как на конченого придурка. Ни топоров, ни ножей у людей не было, все осталось в машине. Очумевшие, дико уставшие, они потащились в обратную сторону и какое-то время пробивались сквозь переплетения ветвей. На севере вставала монолитная скала, испещренная прожилками тусклых минералов – похоже, этот бастион окружал урочище до самого въезда. Справа серел просвет между ворохами листвы.

– Отлично! – возликовала Рогачева. – Углубляемся в лес, фигня осталась!

И это была последняя фраза, высказанная на оптимистической ноте. Люди пыхтели, пробираясь между деревьями, цеплялись за сучья, торчащие из стволов, отлепляли от себя паутину. Многие деревья были переломаны, тяжелые ветви валялись на земле, образуя неодолимые заслоны, висели на соседних деревьях.

Первым ойкнул Семен, когда нога продавила вязкую кочку и куда-то провалилась.