Трофики

«Интересно, – задумалась Ульяна, – эти твари когда-нибудь выходят из урочища? Или… не могут, привязаны к нему своими неразрывными мистическими нитями? Кто они такие? Это не люди в привычном понимании этого слова. Однако и не представители фауны… Да какая разница, идиотка! – вскипел голос разума. – Вали отсюда! Отъезжай на безопасное расстояние, ищи телефон, вызывай ментов, МЧС, кого там еще, может быть, еще не поздно!»

И вздрогнула, услышав собственный «закадровый» смех. В нем звучали злобные нотки. Как она уедет, ключей-то нет? Перемкнуть провода? Ну да, ты крупный специалист по этому делу! Она машинально, не зная, чего хочет, ощупала приборную панель, заглянула в углубление под приборами, где отыскала ключ от гаража и несколько ракушек. Отогнула козырек для защиты от солнца – в зеркало, что ли, посмотреть? И к величайшему изумлению обнаружила пришпиленный булавкой запасной ключ зажигания! Похлопав глазами, Ульяна отстегнула его, недоверчиво повертела. Ключ, как в масло, вошел в замок зажигания, включились приборы, негромко затарахтел мотор…

«Какие мы хозяйственные и предусмотрительные! Были при жизни… – несколько минут она сидела в оцепенении, наблюдая, как поднимается стрелка указателя оборотов коленвала. – Милости просим – дорога свободна, можешь разворачиваться и валить на все четыре! К утру доедешь, если по дороге не расшибешься, до ближайшего телефона, дозвонишься в город, поскольку на сельскую полицию надежды никакой. И что такое, скажите на милость, сельская полиция? Пьяный участковый? Объяснишь сложившуюся ситуацию. Поверят не сразу – если вообще поверят. Сами не поедут (делать им больше нечего), шумнут тому же пьяному участковому, чтобы разобрался, откуда взялась на вверенной территории компания обкуренной молодежи. То же касается и МЧС – в чем, позвольте спросить, ваша чрезвычайная ситуация, милая леди? В том, что обкурились и несете полную чушь? Ей нужно самой примчаться в город, обивать пороги, убеждать, доказывать, что никакая она не наркоманка, а водку вообще пробовала раз в жизни! А то, что села после этого за руль, – так это исключительно по чрезвычайности ситуации! Пройдет не меньше суток, пока из города кто-то соизволит приехать. И тогда уж точно будет поздно…»

Нагревалась печка, и холод начал отпускать. Ульяна расслабилась, откинула голову. В салоне было хорошо, комфортно, никто не посягал на ее жизнь, и кабы не эти мрачные размышления, имеющие прямое отношение к мукам совести… Нет, так не пойдет. У нее единственная жизнь, пусть кто-нибудь другой выясняет обстоятельства и причины произошедшей трагедии!

Она включила передачу, начала разворачиваться задним ходом.