Ты у меня одна (СИ)

— Что празднуешь?

— Я не праздную, я скуку прогоняю, — Бардин отпустил Алёнку и по-хозяйски полез в шкаф.

— Отлично, будь другом, сделай так, чтобы до конца вечера Шаурин обо мне не вспоминал.

— Гарантирую, — пообещал Валя и звякнул бокалами.

Чмокнув Ваньку в губы, Лейба забрала со стола ноутбук и ушла в спальню.

Хорошо все-таки, что Валет нагрянул к ним с дружеским визитом. Есть шанс, что до вечера она закончит работу.

Однако Алёне не сразу удалось сконцентрироваться на своих записях. В ушах все еще звенели слова Шаурина. И чем больше она думала над ними, тем больший ее охватывал знакомый панический восторг.

Только на сей раз паники в этом будоражащем дух и кровь коктейле было куда больше. Немалые пришлось приложить усилия, чтобы отстраниться и пустить мысли в нужное русло.

Она подумает об этом позже. Обязательно подумает, а сейчас нужно написать этот чертов доклад.

Вышла Алёна из комнаты, когда за окном потемнело, и одной в шауринской спальне стало неуютно.

— Крошка, а давай станцуем, — Валет соскочил со стула. От выпитого рома он совсем развеселился, и теперь его неуемная энергия искала выход.

— Нет, Валетик, это не ко мне.

— Ну, давай, а? Мы тут с Ленкой начали ходить на парные танцы. Типа гармонию ищем всеми способами.

— А я смотрю, ты прям на пути к просветлению, — обсмеял его Шаурин и щелкнул по полупустому стакану с ромом.

— Мы не пьем, мы лечимся.

— Вот с Ленкой своей и ищи утерянную гармонию. — Алёна скинула с плеча нахальную руку Валета и уселась рядом с Ванькой.

— Ладно, тогда поговорим с тобой за жизнь. Такое чувство, что я тебя сто лет знаю, так потрепаться охота.

— Не переживай, это скоро пройдет. Ты такой не первый.

Потрепаться за жизнь им не удалось. После телефонного звонка Леночки Ванька выпроводил Бардина домой. Когда дверь за ним захлопнулась, в квартире снова стало тихо.

Алёна налила себе кофе и выплеснула в него остатки рома. Успела сделать ароматный глоток, но на кухню вернулся Шаурин и нагло забрал у нее чашку. Покоряясь давлению его сильных рук, которые крепко подхватили ее за талию, Алёна уселась на стол.

— Ну и потанцевала бы с Валькой. А то не дала ему хвастануть полученными навыками.

— И ты даже не ревновал бы? — Мягким движением перекинула волосы на одно плечо и чуть отстранилась, опираясь ладонями о столешницу.

— Нет? — переспросила с притворным удивлением.

— Можешь хоть танцевать, хоть по ресторанам шариться с моими друзьями… если вдруг мне некогда будет.

— Надо же… в виду нашего последнего разговора, мне прям удивительно, откуда такое благодушие.

— Отнюдь. Просто среди моих друзей нет ни одного самоубийцы, чтобы иметь на тебя какие-то виды. А так, да, я ревную тебя даже к этой майке, потому что под ней — все мое.