Ты у меня одна (СИ)

Алёна оделась, влезла в шпильки, последний раз взглянула на себя в зеркало и вышла из спальни. Нашла Шаурина в гостиной. Он стоял у окна и задумчиво смотрел куда-то вниз.

Вдруг эти слова «я тебя тоже» повернулись неожиданной стороной, как будто материализовались. Стиснули горло невыразимой нежностью, затруднили дыхание. В легкой блузке с короткими рукавами стало жарко. Алёна смотрела в Ванькину широкую спину и не могла произнести его имя, хотя нужно было окликнуть и сообщить, что готова ехать. Возникло непреодолимое желание обнять его сзади, упереться лбом между лопаток и постоять вот так хоть минуту.

Даже качнулась вперед, чтобы сделать это, но Иван обернулся, и она осталась стоять на выходе в прихожую.

В ответ она лишь кивнула и шагнула к двери.

— Ну, давай уже, поцелуй меня нежно, — попросила за створками лифта.

Шаурин смотрел на нее прямо, тем гипнотизирующим взглядом, от которого становилось не по себе.

— Да ладно тебе, — улыбнулась и шагнула к нему, почти прижавшись к груди.

— Нет, настраивайся. Тебе нельзя целоваться.

— Не будем? — вкрадчиво спросила.

— Не будем. — В глазах мелькнул смех, губы сжались, сдерживая улыбку.

Подул ветер, принося с собой прохладу и запах травянистой горечи стриженного газона. Алёна прижала к себе папку с документами и, поправив на плече ремешок сумки, поежилась. Когда нашла глазами Шаурина, непроизвольно улыбнулась и ускорила шаг. Он стоял около своего автомобиля и разговаривал по телефону. Алёна подошла ближе, Ваня, заметив ее, открыл дверцу, но она не торопилась забираться в салон.

— Ну, привет, — с усмешкой поздоровался он и окинул ее взглядом. Необычно видеть Алёну такой строгой: на высоких шпильках, в темно-серой классической юбке и аккуратной блузке с бантом.

— Привет. — Улыбнулась милой выверенной улыбкой.

— Круто. Я балдею. Доктор, можно я тебя в этой юбочке?.. — пригнулся к ее уху.

— Шаурин, — шепнула, — а мы можем по-человечески потрахаться. Что тебе вечно то в юбке, то в платье?..

— Тебе жалко, что ли?

— Нет, не жалко. — грациозно опустилась на сиденье и втянула ноги в салон.

— Ну и все тогда. — Хлопнул дверцей, но усевшись за руль, не поспешил завести машину. — Ты им всем зачитала, как надо?

— Они поняли, что ты серьезный человек?

— Конечно, — рассмеялась.

— Не устала. Собственно, такие посиделки я люблю. Свое отчитал, а дальше сиди, слушай, записывай. Потом кое-что обсудили в своей группе, но это не мозговышебательно.

— Алёна… — начал Ваня с той особой интонацией, которая всегда настораживала.

— Ой, — она чуть скривилась, — насколько поначалу меня напрягало, как ты называешь меня «Муркой», настолько же меня сейчас настораживает, когда ты зовешь меня по имени. Потому что за этим обязательно последует что-то серьезное.