Укрой меня от замыслов коварных; Делирий; Возвращайтесь живыми!; Шанс на независимость

Пока он ехал из Пскова в Рязань, всё время почему–то казалось, что его здесь ждут. Но, судя по всему, никто его не ждал, и теперь затея с поездкой начинала казаться дурацким детским порывом.

Роман прислушался к тишине двора и к пространству дома.

Даниэла отсутствовала, квартира её мамы пустовала. А где они обе находились в данный момент, уже не имело значения. Может быть, на даче, может, в Москве.

Надо было сразу просканировать Рязань, подумал он отрешённо, садясь на лавочку возле детской площадки. С чего это ты помчался сюда как укушенный, не зная, где Даниэла?

Верил, что она у мамы и ждёт, признался «Роман–первый», отвечающий за поступки.

Так далеко можно зайти, проворчал «Роман–второй», скептик и циник. Спорить с ним было трудно.

Просканируй Рязань, может, она в гостях. Или дачу в Подмосковье.

Роман проводил глазами пьяного старика, ковылявшего через двор.

Сканировать пространство в поисках Даниэлы почему–то не хотелось. Впечатление складывалось такое, будто радости данное занятие не принесёт.

Старик вернулся, рухнул на лавку рядом.

– З–закурить не найдётся?

– Не курю, – односложно ответил Роман.

– Эт хорошо, – кивнул старик, от которого за версту несло перегаром. – А выпить хочешь?

– Тут рядм кафе, угощу.

Роман повернул голову, посмотрел на пьяного, и тот бодро встал, направился к дому, забыв о своём предложении.

Не расходуй пси–потенциал без весомых оснований! – строго сказал «Роман–второй».

Отстань! – равнодушно сказал ему «Роман–первый».

Послышались весёлые голоса, смех, возгласы. Во двор из арки вывалилась молодёжная компания: трое парней и две девушки. Ёкнуло сердце. В одной из них Роман узнал Даниэлу.

Компания, не обращая внимания на поздний час, порывалась петь песни, шумно восторгалась отличной «туснёй», парни обнимали подруг, и Роман с изумлением увидел, что Даниэла не сопротивляется.

Высокий и вихлястый юнец (лет двадцать, не больше) поцеловал её, засмеялся, прижал к себе за талию, и она засмеялась в ответ.

Компания постояла у подъезда, продолжая вести себя так, будто вокруг дикий лес и окрест ни души, потом Даниэла и её спутник скрылись в подъезде, а остальные направились через двор к соседнему дому. Сидящего на лавочке Романа они не заметили.

Роман разжал вспотевшие ладони.

В голове стоял лёгкий эйфорический туман, играла музыка, летали звёзды и снежинки. И ни одной мысли! Сердце заполнили удивление, недоверие и непонимание. Захотелось тут же догнать Даниэлу и убедиться, что это не она. Он даже встал… и опустился обратно на лавочку. Во всём виноват был он сам. Надо было настоять на своём ещё полгода назад, увезти с собой в Псков, найти работу и быть рядом, не давая ни скучать, ни думать о плохом. Как известно, свято место пусто не бывает.