Укрой меня от замыслов коварных; Делирий; Возвращайтесь живыми!; Шанс на независимость

Вьюгин кивнул, повернулся к Зворыкину:

— Разрешите идти, товарищ генерал?

Начальник Центра изучения психофизических феноменов удалился вслед за бригадой медиков.

— Что с ним? — спросил Зворыкин, занимая своё место; он имел в виду Михеева.

— Сработала команда самоликвидации, — ответил Войнович. — Нынче всем забугорным агентам встраивают такие программы на случай провала. Попробуем нейтрализовать.

— Ты хотел мне рассказать, на кого он работает.

— Боюсь, ты не поверишь.

Зворыкин усмехнулся, помял лицо ладонью.

— Ты мне мозги не компостируй, Профессор.

С одной стороны, я вообще разучился верить кому бы то ни было, с другой, готов поверить в самую разнузданную галиматью. Особенно после того, как мы получили тело Фурсенюка.

Он имел в виду вскрытие тела бывшего министра образования и науки, доставленного в лабораторию ФСБ.

— Тогда готовься услышать такую галиматью.

Войнович вытащил из нагрудного карманчика ещё одну флешку и протянул генералу.

Шехерезада оказалась отличной женой. Несмотря на занятость — она продолжала работать у Малахова секретаршей, — ей хватало времени и на то, чтобы приготовить Афанасию завтрак, обед и ужин, и сходить с ним в театр или в кино, и сделать рейд по продуктовым магазинам, и с нетерпением ждать его с работы, если он возвращался домой поздно.

Уже в который раз Афанасий просыпался по утрам — даже не с мыслью — с ощущением: насколько же ему повезло с этой женщиной, красивой, умной, терпеливой и любящей! Иногда закрадывались сомнения, не преувеличивает ли он? Нет, не преувеличивает! — решительно пресёк сомнения внутренний собеседник.

Тогда, может быть, такое везение — к будущей беде? — робко пытался он рассуждать о причинах своего счастья. Настроение портилось на некоторое время, однако он справлялся с этим негативом, успешно отгоняя «неправильные» предчувствия, и, просыпаясь рядом с Шехерезадой (Шехой, как называл её отец), настраивал себя на то, что всё у них будет хорошо.

Пятого сентября, после того как он попытался с экстрасенсами группы «быстрого пси–реагирования» просканировать мыслесферу полковника Михеева, его вызвал к себе Малахов.

На встречу с координатором «Триэн» Вьюгин поехал с женой, благо им было по пути.

— Не забудь, сегодня вечером идём к Толевичам, — сказала Шехерезада, когда они вышли из машины.

— Помню, день рождения как–никак, — улыбнулся Афанасий. — Ты покупаешь торт и конфеты, я шампань и коньяк.

— Ты моя прелесть. — Он потянулся к ней.

— Ведите себя прилично, полковник, — сухо сказала Шехерезада, отстраняясь. — Вы не дома.

Афанасий засмеялся, спрятал руки за спину и пропустил жену вперёд.