Укрой меня от замыслов коварных; Делирий; Возвращайтесь живыми!; Шанс на независимость

 — И попытаться снять с шеи человечества ярмо внешнего управления.

— Ну, до этого ещё далеко, — нахмурился Малахов. — Хотя планы строить нужно. Никогда не следует забывать наш девиз: никого над нами!

— Людьми, — закончила Софья Денисовна.

— Волкова же надо беречь как зеницу ока!

— Кто его охраняет сейчас? — спросил Играев.

— Первичная Ё–команда.

— Зачем это тебе? — удивился Грибов.

— Хотелось бы посмотреть на парней.

— Группа Кира Серебренникова.

— Кира я знаю, хороший спец. Надеюсь, и остальные подобраны со знанием дела?

— Я отвечаю, — сказал Грибов.

— Они должны быть научены защищаться от биоэнергетического нападения.

Поводыри сами мощные пси–операторы, но у них кроме этого есть ещё излучатели, те же «колуны» и «глушаки».

— Зато у нас появились «зеркальные антисглазники», — напомнил Малахов. — Ты же сам принимал участие в их тестировании.

— Они пока не надёжны.

— Вот и помоги довести до ума. Будь спокоен, примем все необходимые меры. Благодарю, друзья, встретимся у Первого послезавтра. Здесь больше собираться не будем, за АНЭР ведётся наблюдение, контрразведка АПГ после провала на Байкале возбудилась до крайности.

— Я тебя провожу, — предложил Тамерлан, беря Софью Денисовну под локоток.

— Спасибо, — улыбнулась она. — Я еду обедать. Не хочешь со мной?

— Вася, останься, — сказал Олег Харитонович.

Грибов снова сел за стол.

Тамерлан и Софья Денисовна вышли, вслед за ними Играев.

Малахов посмотрел на главу контрразведки.

— Вася, не нравится мне суетливость Евгеньевича. Он никогда раньше особо не интересовался охраной Волкова.

— Узнай, не случилось ли чего у него или в семье.

— Хорошо, Олег Харитонович.

— Но за Ромой Волковым пригляди.

Грибов кивнул и буквально испарился из кабинета. Он тоже был мощным пси–оператором, мог «отводить глаза», а главное — видеть намерения человека до того, как тот решится их реализовать. Потому в «Триэн» он и занимал пост начальника контрразведки, хотя до этого никогда такими делами не занимался. До прихода сюда он тихо–мирно учил детей глубинному спокойствию.

Счётчик топлива показывал ноль. Стрелочка счётчика скатилась за красную чёрточку, и грузовик мог остановиться в любой момент.

Шаповалов тупо уставился на счётчик, остановил машину на обочине, перед въездом в посёлок Паньково.

Он работал дальнобойщиком, гонял фуры из Бреста в Варшаву, через польскую границу и обратно, доставляя то детали для автомашин, то бакалею, то продукты, и, в общем–то, не жаловался на судьбу. Но уже второй раз после пересечения границы в Бресте вдруг оказывалось, что бензина в баках кот наплакал, а причин этого странного явления Шаповалов найти не мог. Обычно он заправлялся «под завязку» ещё в Варшаве, чтобы можно было добраться до базы без остановок.