Укрой меня от замыслов коварных; Делирий; Возвращайтесь живыми!; Шанс на независимость

Есенберлин сел, продолжая изучать лица задержанных, и ему сильно не понравился взгляд седого.

— Вы моложе, чем выглядите.

— Разумеется, — кивнул тот, снимая парик, под которым оказались чёрные волосы, затем отклеил усы и бородку. — Так лучше?

Есенберлин резко встал.

— Георгий Евсеевич?!

Министр повернулся к Багряну.

— Что это значит, полковник?

Багрян отступил, не теряя спокойствия.

— Давно хотел с вами поговорить по душам, — с иронией проговорил черноволосый, гладковыбритый «главный редактор» российского «Викиликса»; на самом деле министр знал его как заместителя начальника Управления «Т» ФСБ генерала Войновича. — Извините, что пришлось прибегнуть к этому маскараду, но у нас пока нет маскеров, подобных вашим.

— Что за бред?! — повысил голос Есенберлин, соображая, что делать дальше.

Он мог уйти из ловушки (неплохо сработано, надо признаться) в любой момент, включив В–портал, но медлил, понимая, что с ним хотят установить контакт не как с министром МВД.

Тем не менее он сделал попытку взять ситуацию под контроль.

— Слушаю, господин министр, — по–прежнему бесстрастно отозвался Багрян, подчёркивая тоном слово «господин».

— Что происходит?! Почему здесь функционеры ФСБ?

— Не только ФСБ, господин министр.

— Здесь ещё и функционеры «Триэн», — улыбнулся Войнович. — Не торопитесь бежать, Иван Теофильевич, простите, не знаю вашего настоящего имени. Давайте поговорим.

Есенберлин оглянулся.

На него смотрело дуло пистолета–автомата, кажущегося игрушечным в руках Багряна.

Полковник был невозмутим.

— Ваши телохраны нейтрализованы, секретарь тоже. Выслушайте предложение.

Министр боднул лбом воздух.

— Вы что себе позволяете, чёрт повозьми?!

— Знаковая оговорка, — развеселился Войнович. — Обычно говорят: чёрт побери. Присядьте, господин генерал, в ногах правды нет. Впрочем, её нет и выше, если разобраться. Самое плохое, что мы знаем, кто вы. И если у вас родилась идея посопротивляться, запись о нашей встрече моментально пойдёт в эфир. Или вы предпочтёте сбежать, как это делали до вас другие Поводыри?

Лицо Есенберлина окаменело. К такой откровенности он готов не был.

Войнович погрозил пальцем.

— Унц тоже не поможет, если вы решились его применить. Это лишь усугубит ваш провал.

Есенберлин сдержал гнев. Он проиграл, и любое его решение не могло повлиять на результат игры в нужную сторону. Следовало признать, что стратеги «Триэн» переиграли систему безопасности Поводырей.

Войнович, пристально наблюдавший за ним, удовлетворённо кивнул, повернулся к молодому человеку в очках.

— Паша, займись свёрткой.

Очкарик кивнул девушке, и они вышли в соседнюю комнату, бросив по любопытному взгляду на министра.

Есенберлин остался стоять, всё ещё надеясь выйти из ситуации, не потеряв достоинства.