Укрой меня от замыслов коварных; Делирий; Возвращайтесь живыми!; Шанс на независимость

Вы уж простите, я не знаю, сколько потребуется времени… на рекогносцировку. Но часа точно мало.

– В таком случае позвоните, когда освободитесь. – Максим черкнул несколько цифр на клочке бумажки, сунул в руку Волкова, сел в машину и уехал.

Роман поёжился в душе, внезапно проникшись атмосферой столицы атомного кораблестроения, пропитанной незримыми потоками настороженности и подозрений, порождёнными в свою очередь необходимостью хранить военные тайны. Весь город в устье Двины был, по сути, одним секретным центром, призванным создавать мощные военные корабли и защищать их от вражеских лазутчиков и шпионов.

Снова вернулись сомнения в готовящейся на «Севмаше» диверсии. В условиях, где даже водитель затрапезной «Шевронивы» имел какие–то веские полномочия и работал на Министерство обороны или на контрразведку, операция по уничтожению нового атомного подводного ракетоносца казалась невыполнимой.

Сергей Семёнович, худой до прозрачности, состоящий из отдельных острых углов и палок, довёл гостя до ангара, в котором стояли два вертолёта: большой «Ка–226» и маленький «Ми–34С2» «Сапсан» с красным крестом на борту.

– В шесть вертолёт должен быть на месте, – сказал старикан не терпящим возражений голосом. – Я и так нарушаю инструкции, выделяя его вам. Управляйтесь как хотите. Охрана нужна?

– Нет, – пробормотал Роман.

– Тогда всего наилучшего.

Заместитель директора управления помотал рукой над головой, в ангаре откуда–то появились люди в синих комбинезонах, выкатили на специальной тележке «Сапсан» наружу (колёс он не имел, только полозья), и один из них открыл дверцу кабины.

Роман сел на место пассажира, справа от пилотского. На вертолётах он ещё никогда не летал, и ему было интересно разглядывать панель управления, множество ручек и ряды выключателей над прозрачным блистером кабины.

Пилот шмыгнул на своё место, нацепил шлем, протянул руку.

Роман назвал своё имя.

– Мне сказали, что вы будете мониторить аэродромы.

– Надо осмотреть все стоянки, взлётно–посадочные полосы и ангары на всех местных аэродромах.

– Погранцы нас не пропустят.

– Погранбаза имеет свой аэродром, но нас туда не пустят.

– Значит, осмотрим всё, что сможем.

Вертолёт залопотал лопастями винтов, легко поднялся в воздух. Под ним развернулась панорама Северодвинска. Стала видна река, залив, портовые краны, причалы и весёлой расцветки домики Нового города.

Повернули на северо–запад.

К Роману вернулось ощущение неловкости. Стало казаться, что за ними кто–то наблюдает в бинокль. Потом он вспомнил о локаторах пограничников, прочёсывающих местность вокруг Северодвинска и над ним, вздохнул с облегчением.