Вечный воин

Двадцать пять лет назад под натиском готов он переправился с армией, состоявшей из вандалов и аланов, с Пиренейского полуострова в Африку якобы для оказания помощи западно-римскому военачальнику Бонифацию в войне с берберами и собственной армией, взбунтовавшей из-за задержек жалованья. На самом деле они искали новое место для жительства. И нашли, захватив за два года территорию от Тингиса (Танжера) до Гиппон-Регия, расположенного в километрах в трехстах западнее Карфагена. Еще через четыре года римляне подписали с ними мирный договор, согласившись с потерей двух африканских провинций и дав вандалам с аланами статус федератов.

На преодоление последних трехсот километров ушло четыре года. Гейзерих дождался, когда западные римляне ввяжутся в войну с готами, и быстро захватил Карфаген, объявив себя независимым правителем, а через три года еще и остров Сицилия. Мой тесть с чужих слов, поскольку сам никогда не видел правителя вандалов, отзывался о нем, как о скрытном, немногословном, вспыльчивом, мстительном, жадном, но при этом презиравшем роскошь, очень предусмотрительном и расчетливом.

— Гейзерих собирается захватить Мелиту, — кивнув на остров, сообщил Менно.

 — Мы хотели присоединиться, но, наверное, не успели.

— Думаю, не много потеряли. Там вряд ли будет богатая добыча. Почва на островах скудная, воды мало, — утешил я.

— Нет, говорят на Мелите много богатых людей. Они мёд производят особенный, нигде нет такого ароматного и вкусного. К ним отовсюду приплывают купцы, — рассказал вандал.

Я вспомнил, что Ирина нахваливала мёд с Мелиты, постоянно покупала его. Поскольку не являюсь большим любителем именно этой сладости, отличие мелитского от любого другого не заметил.

Такая же история была и с башкирским мёдом, который производил один из моих друзей, для чего держал там пасеку, и постоянно угощал меня.

— Может, завернем туда, посмотрим? — предложил Менно. — Вдруг именно сейчас захватывают его?

— Нет, нельзя терять попутный ветер, — отказался я. — В этих местах восточные редко дуют.

— Тебе решать, — огорченно молвил вандал, после чего предложил: — Если надумаешь заняться морским разбоем, я наберу смелых парней, и вместе отправимся на промысел.

— Ты сначала выкупи себя, — сказал я.

— Не беспокойся, получишь, как договорились, — заверил он.

И действительно, едва мы встали на рейде на якорь, Менно договорился с одним из проплывавших мимо рыбаков, чтобы тот сообщил родственникам о том, что надо заплатить выкуп, и через пару часов приплыли сразу четыре лодки, по одной на каждого заложника, и привезли по сто десять солидов. По той легкости, с какой расставались с довольно приличной по нынешним временам суммой, я сделал предположение, что выкупленные вандалы явно не бедствуют.