Вегетация

— Вы на кого залупой полезли? — крикнул Серёга. — Мы же вас, городских, с говном смешаем!

— У нас все преимущества перед вами! — важно сообщил Фудин.

— Мы городских в жопу ебём! — изгалялся Костик.

— Прежде чем делать что-то, подумайте, надо ли! — Алёна говорила тоном учительницы, отчитывающей хулиганистого ученика.

Предложение Алабая Маринка пропустила мимо ушей: бригада должна остаться собой, и нечего тут обсуждать. Но Маринке было жутко интересно увидеть суть своей бригады — это важно для того, чтобы стать бригадиром.

Вильма не вникала в спор, она издалека, из-за чужих плеч молча глядела на Алабая.

Молчал и Калдей: он ничего не понимал и ему было скучно.

— А как это вы по сотне платить собираетесь? — язвительно спросил Фудин, уверенный, что подловил противника на слове. — Другие бригадиры платят по пятьдесят, по семьдесят пять! Обмануть надеетесь, да? Не пройдёт!

— Блядь, могу и по пятьдесят платить! — огрызнулся Алабай.

— И какая тогда нам выгода? — победно ответил Фудин. — Обоснуйте!

— Вы вообще слышите, что я вам говорю? — рявкнул Алабай. — Мы тут не деньги считаем, мы убивать друг друга собираемся!

— А мы, между прочим, и не за деньги работаем! — царственно возразила Алёна.

 — Мы для страны помогаем!

Митя вдруг понял, что сочувствует городскому бригадиру. Алабай честно надеялся разрулить всё самым простым способом. Но это было бесполезно.

— Давай попробуй убивать-то! — дерзко выкрикнул Серёга.

— Да вы нас за людей не считаете, гондоны городские! — закричал от сердца и Матушкин; щетинистые морщины его физиономии заплясали. — Мы для вас как звери, нас только убивать можно!.. Ебись они конём, твои деньги! Наводишь тут по говну узоры!.

. Огребёшь по полной со своими хуесосами!

— Херка в рот слегка! — добавил и Костик.

— Пиздуйте в свой город! — гневно выдала Талка.

— Чего же вы такие тупые-то, лесорубы? — разъярился Алабай. — Я же не шучу с вами! Мы же реально вас валить будем! Хоть ты скажи им!..

Алабай развернул телефон, и на экране появился Холодовский.

Для разговора с бригадой Типалова Алабай выбрал красивое место — на вершинке невысокого утёса над Инзером. С утёса вдали были видны мотолыга и харвер. Холодовский стоял над обрывом со связанными за спиной руками.

Ветерок трепал его рубашку. Это смотрелось как-то отчаянно и трагично — на такой эффект и рассчитывал Алабай. Пусть бригада испугается.

— Скажи им, чтобы головой подумали, — повторил Алабай Холодовскому.

Лицо Холодовского застыло от ненависти.

— Пошёл на хуй, — сказал он.

Экран дёрнулся: откуда-то сбоку внезапно вылетела нога Алабая, выброшенная в ударе карате. Удар был нацелен прямо в грудь Холодовскому. И Холодовский мгновенно исчез с края скалы, будто его и не было никогда.