Влюбись в меня под музыку

Он опирается ладонями на кровать и больше не предпринимает никаких действий. Ни указаний не даёт, ни боксёры не снимает. Лишь порочно улыбается, глядя, как моё лицо сгорает от стыда, и ждёт, когда я возьмусь за дело.

Что ж… Хочет, чтобы я в очередной раз сама поборола неведомое этому наглецу смущение? Хорошо. Я попытаюсь. Как-никак, за минувшие недели Марк успел меня натаскать.

Краснеть и смотреть, как он меня вылизывает? Выполнено. Кончить и довести Марка до оргазма в публичном месте? Выполнено. Причем не единожды. Так что и с минетом под пристальным наблюдением Марка я тоже должна справиться.

Тихо выдыхаю и дрожащими пальцами касаюсь резинки боксёров. Тяну вниз, Марк чуть приподнимается, и я освобождаю его упругий зад от чёрного хлопка, впервые оказываясь настолько близко к мужскому половому органу.

Разумеется, я уже неоднократно его трогала и видела тоже, но чтобы вот так… Находясь всего в нескольких сантиметров от пухлой головки. Нет. Такого не было. И это чертовски волнительно и одновременно интересно. Рассматривать мужское достоинство в жизни далеко не то же самое, что видеть его по видео.

Я не врала Марку, когда сказала, что у него красивый член. Он действительно красивый. Ровный, розовый, с идеальным диаметром, проступающими венками, по которым хочется пройтись языком, и каплей желания на самом конце. Не длинный и не короткий. В самый раз. Сантиметров двадцать, если с моим глазомером всё в порядке.

– Мили, я тебе потом линейку, лупу и всё, что захочешь, дам. А сейчас завязывай с изучением. Я едва сдерживаюсь, чтобы за волосы тебя не схватить и до самых гланд не засадить.

– Ма-а-арк, – бросаю на него укоризненный взгляд.

– Что, Марк? Я просто честно сообщаю о своих желаниях.

– Лучше бы сказал, что и как мне делать. Я же не знаю, как тебе нравится.

– Так ты начни, а там дальше посмотрим. Может, твои романчики тебя и минету обучили, – издаёт смешок он и тут же хрипло стонет, потому что я заканчиваю с визуальным изучением и перехожу к тактильному.

Окольцевав ладонью его член, провожу несколько раз вверх-вниз по всей длине. Кожа Марка вмиг усыпается мурашками, низ моего живота ещё больше наливается желанием. Дыхание учащается, становится громким, сердце начинает оголтело качать по венам кровь. Читаю в расширенных зрачках Марка отчаянный, подавляющий призыв и наконец поддаюсь вперёд. Аккуратно прикасаюсь губами к концу, слизывая солоноватую капельку смазки, и мой кот напрягается, шипит, прикрывая глаза, будто сдерживается, чтобы не кончить прямо сейчас.

И это заводит. Вдохновляет. Его реакция придаёт уверенности и подстёгивает лизнуть разбухшую головку, а затем погрузить её в рот.