Возраст – преимущество

Ты понимаешь, Курт, о чем я говорю? Взять хоть меня, готовили меня так же, к лесам, для борьбы с партизанами, а в городе я чувствовал себя голым, пришлось учиться на своих же ошибках, дорого оплачивая такой опыт. Командование приказывает нам дать лучших людей и гарантировать результат, а как? Мы ведь даже не знаем, где их будут использовать.

– Мне тоже ничего не сказали, – ответил Курт, кажется, не заподозрив моего истинного интереса, – но, судя по данным с фронтов, это или Белоруссия, или северная часть Украины. Там что-то намечается серьезное, русские явно сдерживают порыв своих войск, подтягивая тылы и наращивая группировку.

Я думаю, ударят где-то там, наше командование, по крайней мере, ждет наступления русских именно на Украине.

– Это подходит, просто я боялся, что ребят засунут туда, где они окажутся бесполезными и просто сдохнут, а задание так и останется невыполненным.

– Не переживай, материал пока есть, правда вот времени на его подготовку остается все меньше, уж слишком русские быстро продвигаются. Казалось, в прошлом году после Курска они будут долго собираться с силами, но их резервы оказались просто огромными, и за считаные месяцы они разом дошли до Львова. Как такое могло произойти? Где наши войска, Юра?

– Я не знаю, Курт, не моего уровня такие знания. Где-то ошиблись, вероятно, но, может быть, это локальные неудачи, все же на севере мы стоим крепко.

– Да, странно, конечно, что рывок удался их армии только на Украине, а вот у нас так мало сил, что не смогли ударом на юг помочь отступающим войскам. Прав был фюрер в сорок первом, если бы у Германии были такие людские резервы, мы давно завоевали бы весь мир! – Курт не пропагандировал речи Гитлера, а просто делился своими соображениями, с которыми нельзя было не согласиться.

Немец ушел, оставив меня со своими мыслями наедине. Подумать есть о чем, времени мало, самостоятельного выхода на агентов у меня нет, а Кузнецов где-то пропал. Хоть думай тут, хоть нет, без него все равно ничего не сделать, ждем несколько дней, ближе к сроку попробую предпринять что-либо самостоятельно. Об агенте, с которым держит связь Николай Иванович, знаю лишь, что он аптекарь в городе, поблизости от которого и располагается наш замок со школой. Как к нему подойти, как убедить, что я свой? Не представляю, а делать что-то нужно.

Потянулись ужасно тягучие дни. Работая с мальчишками, я был излишне резок, и это заметили. Пришлось сначала врать, что переживаю за воспитанников, а потом выслушать лекцию о том, что призвание этих подростков – умереть за Германию. Мне-то на самом деле было плевать на них, насколько я успел за время обучения их изучить, наших тут нет, все как один идейные приверженцы теории превосходства немцев над всеми народами земли.