Возвращение Томаса. Башня-2

Олег присматривался, светил фонариком в потолок. Наконец радостно вскрикнул:

– Через полчасика будем ужинать на берегу озера, – пообещал он. – Так что, заканчивая тему, сообщу, что среди фашистов жулья сейчас как раз меньше всего. Какой жулик станет на сторону пинаемого властями, прессой, церквями и богомольной интеллигенцией? Ну, разве что самый умный и дальновидный… Зато на стороне партии власти все остальное жулье – мелкое, подлое и тупое. Единичные честные люди тонут в том море, как искорки в параше…

– Потому и не… ликвидировал? – спросила она.

– Я вообще не люблю убивать, – ответил он строго.

 – И всегда стараюсь этого не делать.

Он встал на тележке на цыпочки, цепкие пальцы ухватились за края люка. Плечи напряглись, она видела, как вздулись на шее толстые жилы. Похоже, в других условиях понадобился бы лом, но сейчас крякнуло, ей на голову посыпалась ржавчина, толстый железный круг откинулся.

Черная труба уходила вверх по прямой и тонула во тьме. Олег подпрыгнул, ухватился там внутри, ноги качнулись и пропали. Юлия прислушалась, в черепе было горячо и больно. Мысли плыли серые и тяжелые, как клочья тумана, но одна возвращалась снова и снова: что-то он слишком болтлив для шпиона.

Как будто пытается ей что-то внушить. Убедить. Завербовать на свою сторону.

По голове легонько стукнуло. Она отшатнулась, на колени свалился железный крюк, от него в трубу тянулся тонкий тросик. Зябко вздрагивая, она поспешно зацепила его за петлю на поясе. Трос тут же начал натягиваться, ей даже почудилось, что она слышит жужжание моторчика.

Олег ждал, стоя на толстых железных скобах. Одной рукой принял ее, придержал, пока зацепилась, его рука скользнула к ее поясу.

Жужжание прервалось. На миг ее ноги зависли над бездной. Затем Юлия ощутила, как ее прижало спиной к железным прутьям.

– Хватайся! – услышала она шепот в самом ухе.

Она послушно развернулась, ноги нащупали металлическую жердочку, а пальцы ухватились сперва за стойки – до чего же узко! – затем, как птица на ветке, судорожно обхватила и сжала прут на уровне лица.

Ладонь со спины тут же исчезла. Вверху затопало, слегка лязгнуло. Сверху ворвался столб света, который показался ярким солнечным, не сразу поняла, что там либо начало рассвета, либо поздний закат.

В трубу обрушился настолько чистый свежий воздух, что грудь судорожно раздулась. С легким щелчком отлетела пуговичка на груди. Юлия ступила на ступеньку, голова поднялась над краем на уровень глаз. Со всех сторон зеленая трава, земля рыхлая. Прямо перед нею крупный рыжий муравей деловито тащит упитанного жука. Жук слабо шевелил лапками. Муравей явно намеревался перебежать по металлической крышке люка, но наткнулся на край, едва не свалился, в нерешительности застыл, поводя сяжками над бездной.