Гезат

В отличие от коренных горожан, легионеры были организованной силой, которая голосовала, как скажет командующий, и заодно расправлялась с теми, кто делал неправильный выбор. В этом году отпуска отменили. Уехали только несколько старших командиров, в том числе Децим Юний Брут. Место легата одиннадцатого легиона занял Квинт Туллий Цицерон.

Неопытные руководители делятся на два основных вида: первые начинают ломать дрова, незаслуженно обвиняя во всех своих ошибках подчиненных, вторые передоверяют принятие решений подчиненным, заслуженно обвиняя их во всех ошибках. Квинт Туллий Цицерон относился ко вторым.

Он забил на обязанности легата, сосредоточившись на создании нетленок — стихов и трагедий. При довольно таки легком характере у него была непреодолимая тяга к тяжелым, кровавым историям. Кому чего не хватает, тот о том и сочиняет. Неоспоримым его достоинством было то, что спокойно относился к замечаниям, критике. Обычно авторы начинают дергаться так, будто их падучая колотит, когда указываешь на ляпы, дурной вкус и прочие атрибуты бездарности, а Квинт Туллий Цицерон восклицал радостно: «Точно! Здесь надо подправить!» и вносил изменения, не намного лучшие.

На почве творчества мы с ним и сдружились. Творил, само собой, он, а я критиковал. Есть у меня способность не только видеть недостатки, но и подсказывать, как их исправить. Последнее особенно ценил Квинт Туллий Цицерон. Критиков и без меня хватало, а вот способных помочь ему сделать произведение лучше поблизости не было. Да и где их взять в армии?! Подозреваю, что он был самым талантливым поэтом из воинов и самым воинственным из поэтов. Поскольку строительством лагеря я не занимался, в холодные и дождливые дни, когда влом было отправляться в лес на охоту или на реку на рыбалку, я от скуки шел к легату, и мы за бокалом вина и изысканной закуской, приготовленной рабом-поваром, который принадлежал Дециму Юнию Бруту и был оставлен во временное пользование временному легату, вели беседы об искусстве, в основном о литературе, греческой и римской, которую я знал лучше него, потому что не только читал, но и в институте наслушался самых разных оценок и разборов произведений, ставших к тому времени классикой.

Как догадываюсь, случилось это не в последнюю очередь, благодаря критикам. Не важно, гениально произведение или нет, важно, насколько талантливо о нем напишут известные критики, придумают броский символ типа «луча света в темном царстве» или «декабристы разбудили…». Прилепил цепляющий ярлык — и посредственность повисла на нем и вместе с ним поднялась в вечность.

Я был уверен, что зима пройдет так же скучно, как и предыдущие. Кстати, у римлян всего два времени года — лето и зима. Смена сезона происходит в весеннее и осеннее равноденствие.