Гезат

Я с семьей обитал за пределами укрепления, в палатке, поставленной возле главных ворот, так что меня это не особо напрягало. Зато остальные начали роптать. На седьмой день, когда Гай Юлий Цезарь обещал вернуться, легат все-таки смягчился и отправил за фуражом на поля по соседству пять когорт и три сотни солдат из других легионов, оставленных в каструме на лечение. С ними вышли и пастухи с лошадьми, волами и мулами, чтобы накормить скот свежей травой.

Я тоже съездил на охоту, подстрелил подсвинка. Вернувшись, перебирал стрелы. Несмотря на то, что они каленые, то есть из четырех склеенных планок, все равно у некоторых со временем появлялась кривизна.

Я отбирал такие, чтобы распарить и зажать в специальном приспособлении, где они высохнут ровными. Рядом Синни варила мясо в бронзовом котле на костре. Подсвинка добыл маленького, килограмм на шесть, так что хватит моей семье только на сегодня, завтра опять придется ехать в лес или идти рыбачить на реку. Тили занималась тремя детьми. Зимой она родила дочку, которой дали имя Селма (Защитница бога). Сейчас кормила ее грудью и присматривала за двумя старшими, которые играли с куклами, сшитыми из лоскутов. Отношения между моими женами, обострившиеся во время беременности Оттилии, теперь, после рождения девочки, устаканились. Если бы родился мальчик, младшая жена автоматически стала бы старшей. Поскольку это не случилось, Синни перестала нападать на нее. Гленн ломал и рубил для костра валежник, принесенный из леса. Парень уже подрос. Наверное, на следующий год дам ему коня, доспехи и оружие и зачислю в турму. Он грезит военной службой, мечтает стать таким же отважным воином, как Дуфф. Я пока кажусь ему недосягаемой величиной.

За переборкой стрел я не сразу обратил внимание на шум у противоположных ворот. Сначала подумал, что какой-то придурочный центурион решил погонять своих подчиненных. По количеству чрезмерно усердных командиров римская армия ничем не уступает любой другой. Только когда крики там стали слишком громкими, я отложил стрелы и пошел к главным воротам, чтобы узнать у караула, что происходит на другом конце каструма.

Заметив, что бойцы строятся в полном вооружении, понял, что случилось что-то серьезное, и сразу побежал к своей палатке.

— Гленн, доспехи! Синни, Тили, забирайте детей и самое ценное и марш в каструм! — крикнул я на бегу.

Слуга и жены, проведшие в легионе много времени и знавшие превратности войны не понаслышке, в объяснениях и подсказках не нуждались. Я мигом был облачен в доспехи, обвешан оружием. Взял с собой лук, два колчана со стрелами, саблю и кинжал.