Гезат

Получив стрелу в бок, козерог скакнул вперед и вниз. Я предполагал, что покатится кубарем по крутому склону. Нет, устоял на ногах, поскакал дальше. Правда, недолго. Вторая стрела попала ему в правое заднее бедро. Козерог споткнулся, остановился и повернул в мою сторону морду с темной полосой, которая шла от рогов к черным ноздрям. Затем очень медленно осел и вдруг резко завалился на левый бок, подрыгал задними ногами и затих. Когда я подошел, животное было уже мертвым. Из раны текла алая кровь, быстро темневшая и как бы растворявшаяся в шерсти такого же цвета.

Как позже сказал Гленн, разделывавший тушу, первая стрела попала в сердце.

Приготовлением обеда пришлось заниматься самому. Дюрис все еще где-то шлялся, а Гленн и Бойд ускакали за добычей. Им пока интересно заниматься этим. Первый с кельтами, второй с германцами. Я отрезал большой тонкий кусок копченого мяса, положил на плоскую лепешку с черными подпалинами. И то, и другое пахло дымом, что придавало еде особый, приятный привкус. В общем, любимое блюдо диванных романтиков.

Привлеченная запахом копченого мяса, в палатку вскользнула генета.

Не ученый, не знаю, к какому семейству относится этот мелкий хищник. С одной стороны у нее длинное гибкое тело и мускусные железы, как у хорька, с другой — очень похожа на короткошерстую пятнистую кошку с необычно длинным хвостом, особенно, когда сидит с выгнутой спиной. Аборигены приручают их и используют вместо кошек для борьбы с грызунами. Эта то ли сама приблудилась к нашему лагерю, то ли кто-то из моих подчиненных захватил в разграбляемой деревне и привез для потехи. Генета прижилась. В руки не дается, но и людей не боится, особенно, если могут угостить чем-нибудь вкусным. Копченое мясо считает таковым. Стоит кому-нибудь отрезать себе кусок, как генета тут же появляется рядом, садится напротив и немигающим взглядом с укором смотрит едоку в его бесстыжие глаза, пока у того не проснется наконец-то совесть и не даст и ей кусочек. Ловит подачку на лету, но не зубами, как собака, а когтями передних лап. Ест с кошачьей аккуратностью, я бы даже сказал, брезгливостью, но молча, не урчит от удовольствия.

На шум в ближнем каструме я не обращал внимание.

Даже когда когорты одна за другой стали переправляться по мосту на противоположный берег, понадеялся, что это отцы-командиры придумали какое-нибудь мероприятие, бессмысленное и беспощадное, чтобы легионеры не одурели от безделья. Только увидев курьера, скакавшего к нашему лагерю, понял, что что-то случилось.

Это был юноша лет пятнадцати. Судя по золотым браслетам на запястьях, выходец из богатой семьи, возможно, патрицианской. Возле каждого легата вертится с десяток таких, якобы перенимающих опыт.