Гезат
Шестнадцатый роман (двадцать вторая книга) серии. Середина первого века до нашей эры. Римские легионы под командованием Гая Юлия Цезаря захватывают "Косматую Галлию" Наш герой, оказавшийся в тех местах, принимает активное участие в этом мероприятии, растянувшемся на несколько лет.
Что я и сделал без приказа, ударив в ближний, правый. Мало ли, что надумает Гай Юлий Цезарь, а нам нужны трофеи, которые добыть можно только в бою.
Разобщенность вражеской пехоты нам была на руку. Я сразу врубился в группу из четырех человек. Одного сбил с ног, другого сильно оттолкнул, а двоих поразил пикой: первому попал в правую щеку, не защищенную развязанным нащечником, из-за чего воин сразу наклонил голову, а потом присел, второму — слева в шею у обреза кожаного доспеха, усиленного круглыми железными бляшками, похожими на фалеры. Обычно эту награду носят, пристегнув спереди к доспеху или повесив на ремни.
Рядом со мной рубились германцы. Связка всадник-пехотинец, как я догадался, была местным легионерам в диковинку, не знали, как ей противостоять, поэтому гибли быстро.
Мы было погнались за ними, но впереди увидели свежие когорты помпеянцев, шагающие от каструма, а позади зазвучал сигнал отступления. Я придержал коня и обернулся. Наши когорты удалялись от стен города.
— Забираем трофеи и отходим! — скомандовал я своим подчиненным.
Они и сами сообразили, что пора сматываться. Пехотинцы добили раненых врагов и не только и ловко вытряхнули трупы из доспехов, одежды и обуви, собрали оружие, пакуя добычу и привязывая к спинам лошадей своих напарников. В лагере все рассортируем и поделим по долям. Захватили не много, но все равно в ближайшие пару недель будет на что покупать вино и радоваться жизни.
122"
"В этом году аборигены очень попросили богов, и те прислали на засушливые, выжженные солнцем земли еще один ливень, запросто переплюнувший бы тропические. Это случилось через два дня после нашей попытки захватить холм. Поливать начало до рассвета. Я проснулся от частого перестука тяжелых капель, быстро превратившегося в громкий гул, словно огромная медная труба застряла на одной низкой ноте. Вспомнил, что мы далеко от реки и выше ее уровня метров на сто, так что можно спасть спокойно. Так и сделал.

















