Закрой глаза (СИ)

Все стало бы проще и легче. И в отличие от гибели Кисы никто бы не расстроился. Полина? После того, что видел Макс очень вряд ли. Отец, который чаще всего не в состоянии определить дома его сын или нет? О, да. Вероятно, тот расстроится, когда выяснит, что некому зарабатывать деньги и покупать закусь для него и его «друзей». Макс все больше обозляется с каждой новой мыслью, жалящей его своим ядом.

Теперь же он неизвестно насколько прикован к кровати, мотоцикл наверняка превратился в бесполезную груду металла, проблемы никуда не делись, только увеличились в своем количестве и более дерьмово он еще в жизни себя не ощущал.

Беспомощность, отчаяние и одиночество. Порождаемая ими ярость ищет выхода и находит его в ответ на такие раздражающе спокойные интонации в голосе Евгения. Нормально?! Он шутит?! Да что он вообще знает об этом, мажор хренов? У него по жизни нет никаких проблем.

— Ни хера не будет нормально! — Неожиданно для Жени и самого себя взрывается Макс. — Уже ни хера нормально не будет! Блядь, да лучше б я сдох! Нехер меня было спасать! Нужно было бросить там, на трассе. Оставьте меня в покое. Просто оставьте в покое! Все! — Макс со злостью резко смахивает здоровой рукой все с тумбочки.

Лекарства разлетаются в стороны, яблоки высыпаются из пакета и с гулким стуком ударяются друг о друга, рассыпаясь и катясь по полу.

Женя тут же реагирует на этот эмоциональный всплеск и стремительно делает шаг вперед, хватая Макса за запястье и с силой сжимая. Макс по инерции пытается вырвать руку, но сил у него сейчас намного меньше, чем у Евгения.

— Пока будешь сам себя жалеть, Макс, — четко и с нажимом произносит Женя, глядя в его глаза и пытаясь осадить, — и злиться на весь мир, ничего не добьешься.

И никто, слышишь, никто за тебя этого не сделает! Так будь мужиком, наконец, а не размазней. Докажи, что ты боец! Я знаю, что ты такой и есть. И когда тебе нужна помощь, умей ее принять. С благодарностью.

Макс от неожиданности застывает, глядя в его светло-ореховые глаза, чем-то напоминающие кошачьи сейчас. Растерянно несколько раз моргает, впервые видя Женю в этом непонятном состоянии. Его слова слегка отрезвляют и приводят в себя быстрее всего остального. Что это? Тоже ярость? Из-за чего? Что бы это ни было, Макс точно чувствует, что это не жалость и не сочувствие.

— Тебе-то какая разница? — Насмешливо спрашивает Макс, переводя взгляд с его лица на захват и обратно в глаза, но легкая растерянность все равно улавливается в интонации. Как и горечь.

Женя, наконец, разжимает пальцы, отпуская руку Максима и, подняв яблоко с пола у своих ног, кладет его на тумбочку рядом с ним.

— Хочу получить свои деньги обратно, которые ты так настойчиво предлагаешь вернуть. — Спокойно произносит он. — Вернешь мне все до последней копейки.