Запретный поцелуй

Мы обязательно поженимся, независимо от того, что Несфилд скажет, или сделает, или…

– Если ты поговоришь с ним обо мне, никакой свадьбы не будет.

– Что ты имеешь в виду?

– Я имею в виду, что не пойду за тебя замуж. Я не упрекаю тебя за то, что ты хочешь предостеречь своих друзей – этого следовало ожидать. Но кто дал тебе право решать, что будет лучше для меня, когда ты даже не знаешь, в чем дело? Ты отказываешься доверять моему мнению. Ты отказываешься держать свои обещания. Ну что ж, раз ты не в состоянии выполнять даже такие простые условия, я не понимаю, каким образом мы можем пожениться!

Он досадливо отмахнулся.

– Твой отец заставит тебя согласиться, как только услышит…

– Что ты лишил меня девственности? Нет, он этого не сделает. Не все мужчины похожи на тебя, Джордан.

– Мне казалось, что ты любишь меня.

– Это правда. Я достаточно люблю тебя, чтобы желать нам счастливого брака.

– Но в то же время я не могу выйти за тебя замуж, если ты не желаешь считаться с моим мнением.

Карета остановилась перед домом священника, и Эмили взглянула на родной дом, думая, до чего же странно оказаться здесь, когда все в ее жизни так запуталось. Она вспомнила о любви, связывавшей ее родителей, о ее волшебной силе, охранявшей их и позволявшей им противостоять любым потрясениям.

– Какая нелепость, – продолжал говорить он. – Наша женитьба никак с этим не связана. Просто это самый естественный выход из того положения, в котором ты очутилась, будучи скомпрометирована. Любовь не имеет никакого отношения…

– Знаешь что, Джордан? Ты всю свою жизнь избегал любви. Ты объясняешь это тем, что твой отец загубил свою жизнь, влюбившись в твою мать, которая этого не заслуживала. – Эмили судорожно вздохнула. – Но ты глубоко ошибаешься. Брак твоих родителей оказался несчастливым не потому, что твой отец слишком сильно любил твою мать. Он обернулся бедой потому, что твоя мать не любила его в ответ. Это не любовь разрушила их брак, а отсутствие любви.

У Джордана был такой вид, словно она его ударила.

– Ты ничего об этом не знаешь!

– Нет, знаю! Я в состоянии распознать человека, изголодавшегося по любви, когда увижу такого. Но любовь требует доверия и готовности отдать столько же, сколько получаешь. – Она взялась за ручку дверцы. – Жаль только, что ты этого не понимаешь.

Открыв дверцу, она выбралась из кареты.

– Эмили, подожди… – запротестовал он, спускаясь вслед за ней, но она резко обернулась к нему, загородив дорогу, прежде чем он успел сделать хотя бы пару шагов.

– Что ты собираешься делать? Войти в дом и сказать моему отцу, что ты меня скомпрометировал, что я повинна во всех смертных грехах? А потом умчишься в Лондон и загубишь мою жизнь, пока я буду выслушивать его проповеди? Нет уж.