Зажигая пламя

Мы встречаемся взглядами. И в ее глазах столько всего противоречивого… Она злится. Напугана. Возмущена. Но пытается все это скрыть, нацепив на лицо маску безразличия.

Что случилось, мышка? Уже не хочешь со мной дружить?

– Пойдем на кассу. – Юлиана берет сестру под локоть. Они обходят меня, идут оплачивать платье.

Я дожидаюсь их на выходе.

– Еще нужны туфли, – размышляет вслух мачеха, игнорируя мое присутствие.

Надоедливой тенью направляюсь за ними и в обувной отдел. Присев на пуфик, любуюсь ножками Алины, пока она примеряет разные туфельки. Останавливает свой выбор на серебристых, с металлической шпилькой.

– Подвеску тогда тоже надо серебряную, – задумчиво говорит Юлиана.

– Платиновую, – подаю я голос. – Серебро стоит копейки. Тебе жалко денег на сестру?

– Ничего мне больше не нужно! – вклинивается Алина. – Тем более дорогие украшения.

Она строго смотрит на сестру, а та лишь пожимает плечами:

Купив туфли, они направляются к выходу из ТЦ. Но мачеха не может пройти мимо ювелирного отдела. Юлиана выбирает для себя серьги, браслеты и прочие побрякушки. Она показывает Алине то, что ей понравилось, но мышка безучастно пожимает плечами.

Правда, я замечаю, как девчонка с интересом проводит пальчиками по скромному браслету на черном бархате. На мой взгляд, простенький браслет, серебряный, ничем не примечательный. Хотя подвеска на нем необычная, похожая на глаз.

– Ладно, в другой раз, – отмахивается Юлиана от продавца, который пытается продать ей увесистые золотые серьги. – Поехали домой, я что-то устала.

Они уходят, а я немного задерживаюсь и все-таки покупаю тот браслет с глазом. Украшение упаковывают в маленький пакетик, который я быстро запихиваю в карман джинсов.

Когда вылетаю на парковку, мачеха уже названивает Владу. Ее глаза мечут молнии. Судя по всему, водитель не берет трубку.

– Садитесь, – снимаю с сигнализации «бэху». – Влад уехал по поручению отца. Я сам вас отвезу.

Обе смотрят на меня одинаково недоверчиво, но я с невозмутимым видом сажусь за руль. Помешкав немного, девушки занимают заднее сиденье, и я трогаюсь. Едем молча. Время от времени встречаюсь взглядом с мышкой в зеркале заднего вида. Вдруг она поворачивается к Юлиане и шепчет:

– Надо было сначала меня отвезти.

– Я что-то не подумала, – поджимает губы мачеха.

Не хочет оставаться со мной наедине? Увы, уже поздно что-либо менять, мы в пяти минутах от дома.

Въезжаю на территорию поселка и быстро пролетаю улицу. Жму на клаксон, ворота тут же распахиваются, и я въезжаю во двор.

Дом семьи Грозных совсем не такой, какой должен быть у честного прокурора. Он в четыре раза больше «дачи» Юлианы: три этажа, пятьсот квадратных метров, много прислуги, гараж с тачками последних моделей.