1972

Он чемпион мира по карате в полутяжелом весе. Мастер, открывший несколько школ карате.

– Я знаю его, – снова вмешался Уркидес. – Он контактник, мы с ним не встречались в поединке, но он очень крут. И парень хороший.

– Именно так, – подтвердил я. – Крутой парень, и притом мужик тихий, спокойный, деловой. Для него есть роль мастера единоборств в школе, в которой оказался Нед. Впрочем – сам решишь, где его задействовать. Но возьми его, у парня великое будущее! Опять же – не пожалеешь!

– Я тебя уже боюсь, – криво усмехнулся Кубрик, – ты, может, и правда колдун? Знаешь будущее? Можешь предсказать нашу судьбу?

– А что, может, предскажешь? – Уркидес весело усмехнулся: – Майкл, ну давай! Расскажи нам, как мы будем жить и когда умрем! А мы проверим – как оно все получится!

– А ты на самом деле хочешь знать, когда умрешь? – спокойно и грустно спросил я.

 – Я вот не хочу. Представь, что ты живешь, зная, в какой день какого года умрешь. Ты видишь, как приближается твой срок, и ничего, совсем ничего не можешь с этим поделать! Ну совсем ничего! Нет, парни, я такого не сделаю. Сам себе потом не прощу. А будущее… будущее я вам могу предсказать. На ближайшие пятьдесят лет, к примеру. Только не воспринимайте мое предсказание как догму – одно то, что я вам это самое будущее предскажу, изменит его, и возможно – совершенно кардинально.

– Это как так? – это опять неугомонный Бенни, он же Реактивный. – Будущее предопределено! Как можно его изменить, если тебе его предсказали?

– Как? – я быстро взглянул на Брюса, хмурого и будто отсутствующего в этой комнате. – Ну вот, к примеру, возьмем Брюса (Брюс едва заметно вздрогнул и вскинул на меня удивленный взгляд).

Брюс, не против, если я тебе кое-что предскажу?

– Ну… не против. Хотя я в предсказания и не верю. – Брюс криво из-за опухшего лица улыбнулся. – Давай, предсказывай.

– Итак, Брюс… после того как ты снимешься в этом фильме – станешь невероятно популярным. Тебя все будут знать, все будут узнавать. Ты станешь постановщиком трюков в фильмах с кунгфу, и эти фильмы будут иметь большой успех. Но если ты уедешь в Гонконг, как ты хотел, – умрешь через три года от отека мозга. Тебе нельзя ехать в Гонконг – даже появляться там.

И не пей таблеток от головной боли. Никаких! Кстати, сегодня ты делал то, что делать было нельзя, – бил ногами выше пояса. Ты хотел сделать меня красиво – чтобы это видел режиссер, чтобы это видели красивые девушки. И только к концу поединка перешел к тому стилю боя, который ты, собственно, и придумал. Но было уже поздно. В фильмах ты будешь делать красиво. Но в жизни больше так не делай. И еще вот что – берегись своих земляков-китайцев. На тебя обозлятся все мастера единоборств, выходцы из Китая.