6. Печать мастера
А потом тяжело вздохнул и, подавшись вперед, крепко пожал мою руку.
Спустя ровно двадцать мэнов мы были полностью одеты, обуты, готовы ко всему, а на поляне уже стояло не два, а три ардэ, причем два из них были заполнены трупами.
Мертвых патрульных мы, хоть и с некоторым трудом, но все же усадили в служебную машину и, придав им нужное положение, заботливо пристегнули ремнями безопасности. При этом я ненадолго позаимствовал у них сканер, чтобы кое-что туда добавить, а кое-что, напротив, стереть. Ну а оставшуюся пятерку мы с наставником вскоре заволокли во второй ардэ и разместили на положенных местах, не забыв надеть каждому на руку соответствующий идентификатор, данные с которых Эмма предварительно сняла.
Правда, лэн Даорн поначалу чуть не выругался, когда с северо-восточной стороны, да еще и не над деревьями, а у самой земли, из леса абсолютно бесшумно вынырнул незнакомый продолговатый, похожий на здоровенную сигару ардэ. Даже вознамерился подхватить автомат у одного из трупов, вероятно, решив, что по наши души еще кто-то явился.
Я едва успел его остановить, крикнув, что стрелять ни в кого не нужно.
При виде него наставник до такой степени опешил, что даже не сразу заметил, что в кабине сидит, склонив голову набок, одетый в драймарантовый комбинезон труп с разодранным горлом. А когда все-таки увидел, то чуть ли не впервые на моей памяти окончательно растерялся и едва не нарушил наш молчаливый уговор.
— Все потом, — нетерпеливо отмахнулся я, видя, что он приготовился засыпать меня новыми вопросами. — Ши, убери следы в лесу.
Ну да. Они ж впятером сюда перлись. Пешком. Наверное, потели. Шумели, траву где-нибудь примяли. Не нужно, чтобы кто-нибудь увидел отпечатки на земле и некстати заинтересовался, кому они принадлежат.
Насчет ардэ можно было не беспокоиться — это оказалась почти такая же модель, как и та, на которой некогда прибыл тэрнийский спецназ, чтобы выжечь родовое гнездо семейства Расхэ.
Наконец, зауженная продолговатая форма и отсутствие выдвинутых за пределы корпуса боковых стабилизаторов позволяли этой хреновине уверенно чувствовать себя не только в воздухе, но и у самой земли.

















