Адлан

— Что? — Было глупо начинать все с начала после того, как… я врал, а ты…

— Нет, Кирилл, это не было ошибкой! Я тебя люблю!

— Ты сегодня это доказал, — Макаров грустно улыбнулся. — Извини… я пойду.

Кирилл скрылся из вида за считанные секунды. Адлан даже не успел понять, что своими последними словами, Макаров поставил точку в их только что начавшихся отношениях. И виной тому был сам Османов. Не было ни единого повода для того, чтобы так себя вести, но почему-то он взбесился, увидев рядом с Кириллом чужого мужчину.

Конечно, сейчас он понимал, как глупо все это выглядело со стороны, однако у него всегда было так — он сначала пускал в ход кулаки, а лишь потом начинал раздумывать над тем, что натворил.

Если раньше все это заканчивалось более или менее хорошо, то теперь, кажется, он окончательно потерял Макарова. Юноша боялся его, и это было видно, и не мудрено — Адлан распускал руки каждый раз, когда ему хотелось. Ни один нормальный человек не стал бы этого терпеть и Кирилл, кажется, тоже больше не собирался…

— Кирилл, давай поговорим, — Адлан захлопнул входную дверь позади себя. После нескольких часов уговоров по телефону, юноша все же пустил его к себе, однако на этом их проблемы не закончились — он ни в какую не хотел сдаваться и идти на примирение. Адлан жалел о том, что сорвался, однако вернуть сделанного было нельзя.

— Не о чем говорить, — отрезал Макаров. — Собирай свои вещи и уходи.

— И все? Вот так все закончится? — Адлан развел руками в стороны. В происходящее верилось с трудом. Все началось с ерунды, день обещал быть потрясающим, а в планы Османова не входило завершать его вот таким вот образом. Но больше всего давило то, что он снова обидел юношу — беззащитного, хрупкого и такого доверчивого. Выходит, что своего обещания он не сдержал.

— Закончилось еще тогда, когда ты…

— Пожалуйста, Кир, не надо… — перебил его Адлан. Чувство вины и так затапливало его сознание, но Макаров продолжал подливать масла в огонь.

— А что? Не хочется слышать о своих ошибках, да? — ощетинился парень. Вся ситуация выводила его из себя. На место обиде и разочарованию пришла злость. Адлан в очередной раз показал себя во всей красе и дал понять, какой он есть на самом деле. Кирилл понимал, что не хочет жить с таким человеком, но глупое сердце упрямилось.

— Прости меня, — тихо произнес Османов, бросив попытки обнять юношу — тот все равно не дался.

— Ты каждый раз оступаешься, а потом просто просишь прощения. Адлан, ты не воду на меня пролил, не на ногу наступил — ты назвал меня шлюхой, унизил на глазах десяток человек, избил ни в чем неповинного парня, а теперь просто просишь прощения?

— Я не хотел… — Мужчина сглотнул — другого ответа у него все равно не было.