Адлан

Неумение контролировать свои эмоции изрядно портило ему жизнь с самого детства, однако обуздать свою эмоциональность он не мог.

— Ты уже не ребенок, нужно уметь нести ответственность за свое поведение, — резко отрезал Кирилл.

— И что? Это конец? Мы вот так вот расстаемся что ли?

— А ты что думал? — взвился Макаров. — Зачем ты сейчас прикидываешься невинным? Хочешь выставить меня монстром в этой ситуации? — Кирилл сам не заметил, как начал повышать голос и размахивать руками. Не имея возможности выносить взгляда Адлана, он направился в гостиную, однако Османов поспешил за ним. — Мне надоело каждый раз прощать тебя! Я все время наступаю на одни и те же грабли!

— Я изменюсь, Кир… — жалобно протянул Османов, понимая, что никакого действия его слова на Кирилла не произведут.

— Ну конечно! Обязательно изменишься, а как же! — юноша всплеснул руками. — После того как убьешь меня или кого-нибудь еще!

— Зачем ты так? — едва слышно протянул Османов, прекрасно осознавая, что он имеет права на такие слова.

— А затем, Адлан, что я не хочу жить в постоянном страхе за себя и окружающих меня людей! — Адлан не нашел, что ответить, а потому их диалог подошел к логическому концу. Ему оставалось только собрать вещи и поспешить в аэропорт, чтобы улететь обратно в Москву. В Питере его уже ничто не держало.

Адлан ушел, и Кирилл остался один. Внутри царило опустошение, все чувства будто куда-то делись. Макаров понимал, что устал за весь прошедший год — Адлан был любителем потрепать нервы. С момента их встречи, он практически не был счастлив: сначала он переживал о том, что Адлан узнает правду, затем ему пришлось свыкаться с мыслью о том, что его любимый человек чудовище, а затем тот попросту начал его преследовать.

И, казалось бы, только все начало налаживаться, но Адлан снова принялся за свое — он мастерски портил все, к чему прикасался. Кирилл терпел столько, сколько мог. Он убеждал себя в том, что его отец неправ, в том, что на самом деле Адлан другой, он верил в то, что у любимого доброе сердце, однако теперь понимал, что отдал сердце монстру, который думал только о себе и своих чувствах.

На тот момент, ему казалось, что расставание — это наиболее верный способ расставить все по своим местам, что это правильно и так будет лучше для обоих, но все резко изменилось.

Одна единственная ночь, проведенная без тепла любимого перевернула все сверх на голову, Кирилл успел пожалеть обо всем: о том, что прогнал, о том, что наговорил, о том, что принял глупое решение расстаться. На следующий день все стало еще хуже — Адлан ни разу не позвонил, и это несказанно удивило Макарова.

Обычно мужчина преследовал его до тех пор, пока он не прощал его, однако в этот раз почему-то упорно молчал.