Акула пера в СССР

 — И что — полное бескорыстие?

— Нет, отчего же? Цикл статей о новой фабрике, с начала строительства до первого стола, который появится в кабинете… Кого?

— Петра Мироновича! Вне всякого сомнения, — решительно кивнул Волков. — Я найду подходы. Да!

— Вот и моя корысть — выйду через вас на товарища Машерова… Может, и для него найдется у меня пара подходящих слов…

— Амбиции, однако, у вас, Белозор! Вы кем себя возомнили? — он улыбался, явно получая удовольствие от разговора.

— Глас вопиющего в пустыне… — невольно вырвались у меня слова, которые, будучи произнесенными в данное время и в этой стране, могли иметь самые печальные последствия.

Волков вдруг замер, испытующе глядя на меня.

— вдруг продекламировал он.

Повисла напряженная тишина. Я был готов поклясться, что этот необычный, проницательный человек имел на мой счет свое, особое мнение — и, скорее всего, недалекое от правды.

— Вы ведь очень сильно изменились в последнее время, да, Герман? — спросил он. А потом проговорил задумчиво: — Я очень рад, что мы с вами на одной стороне. Мы ведь с вами на одной стороне?

— Безусловно, Василий Николаевич, — я шел по очень тонкому льду, нужно было быть чрезвычайно осторожным, — Хорошо бы понять, кто еще на этой самой стороне, и быть уверенным, что она — правая…

— То есть левая вас не устраивает? — хмыкнул он.

О чем вообще мы сейчас говорили? Надеюсь, что не о коммунизме, социализме, капитализме и прочих «…измах».

— Общемировая тенденция показывает, что правостороннее движение всё же для человеческой натуры более привычно и естественно, — вывернулся я. — Так что там насчет передовиков, Василий Николаевич? Я с пустыми руками в редакцию вернуться не могу!

— Будут вам передовики! Как вам насчет мужских профессий, на которых работают женщины? Например, крановщик козлового крана? Сварщица? Электрик?

— Роскошно! И название «Такой сильный слабый пол Дубровицких ПДО» — нормально?

— Отлично. Это бы к восьмому марта делать, но где вы были восьмого марта? Спали? Как там говорится — сон разума рождает чудовищ? — Он, черт побери, явно кое-что понял!

— Так что, Василий Николаевич, разрешите выполнять? Я побежал по цехам?

— Побежал он… — Волков подошел к письменному столу и снял трубку одного из нескольких телефонов. — Наталья Анатольевна? Из «Маяка» корреспондент пришел. Да, Белозор. Поводите его по нашему хозяйству, познакомьте с процессом… Ну, и к красавицам нашим заскочите. Третьякова, Помаз, Гапоненко. Да, пусть фотографирует что хочет, он свой человек, с понятием.

Телефон жалобно звякнул, когда генеральный директор ПДО обрушил на него трубку.

— Вот теперь — выполняй. У вахты тебя наш профорг встретит, доверяю ей как себе. Материал на согласование — ей, мне, сам понимаешь, не до того теперь будет.