Ангел для Лютого

Лютов посмотрел на меня удивлённо, затем, тяжко вздохнув, снизошёл до ответа:

— Если коротко, то я для неё позор семьи, внук, рождённый от шлюхи, которая умерла от передозировки наркотиками. Так что она тщательно скрывает ото всех, что мы родня, и я тоже. Нам обоим это родство поперёк горла. Но раз ты моя жена, должна знать, по какой причине эта старая гадюка будет стараться тебя укусить, да побольнее.

— Мне очень жаль, что ваша мама умерла… — Лютов на меня посмотрел как на ненормальную. — Мне правда жаль, ведь я знаю, как тяжело терять родителей.

— Ангелок, ты знаешь, как терять любимых родителей, а я нет. Можешь считать меня бессердечным, но я был рад, когда она сдохла. Единственное, о чём я жалею, что она не сделала это раньше.

— Если бы она раньше умерла, то у меня больше времени было бы на общение с отцом.

— Она не давала вам встречаться? — догадалась, почему он её так ненавидит. Хотя это не повод для такой лютой ненависти.

— Хуже, она скрыла от него факт моего рождения. Отец узнал обо мне случайно.

— А от кого? — не удержалась я от вопроса.

— От другой бабушки. Всё, завязали с прошлым, пошли нервы мотать Альбине Аркадьевне — стерве голубых кровей.

Схватил меня за руку и повёл прочь из кабинета.

— А сколько вам лет было, когда вы с отцом познакомились? — вновь пристала к нему с расспросами, ну интересно же!

Лютов вновь остановился и пронзил меня злым взглядом.

— Мила, ты опять за своё?

— Тараном прёшь. Вот в каком смысле!

— Да когда я такое делала?! — возмутилась от столь оскорбительного обвинения.

— Когда жениться на себе заставляла…

На этот раз у меня челюсть не отвисла, а вот глаза зло прищурились.

Решила не обижаться, а ответить зеркально, пусть и он почувствует себя не в своей тарелке:

— Вы, сударь, принимаете желаемое за действительное. Это вы заговорили о женитьбе, более того, при свидетелях колечко надевали, пальчик целовали.

Лютов после моего наглого обвинения на несколько секунд опешил, а потом рассмеялся в голос. Отсмеявшись, выдал:

— Вот и славненько, а теперь расскажите, сколько вам лет было?

— Ты ведь не отстанешь, да? — И смотрит так обречённо.

— Ладно, можете не говорить.

Сделала вид, что мне безразлично. Хотя в душе изнывала от любопытства. Но, с другой стороны, если он не хочет рассказывать, это его полное право.

— Мне было семнадцать. А теперь пошли.

Вновь схватил он меня за руку и повёл к выходу из дома.

— Ничего себе у вашей второй бабушки выдержка!— присвистнула я от удивления, прикинув, сколько она ждала, прежде чем рассказать правду отцу Лютова.

— Ты о чём? — не сбавляя шаг, спросил он.