Ангел для Лютого

Казалось, это кошмарный сон, сейчас проснусь и вновь стану свободной и самостоятельной. Лютов словно задался целью сегодня продемонстрировать, какой меня ожидает брак. Я чувствовала себя безвольной куклой в его руках.

— Ангелок, нужно волосы высушить, — вернул меня в реальность равнодушный голос мужчины.

Посмотрела на него обречённо и вновь решила промолчать. Тем более после таблеток, которые мне он дал, я уже спать сильно хотела, и сейчас хоть что со мной делайте, сопротивляться не буду.

Когда он закончил изображать из себя заботливую маму, я уже клевала носом.

— А теперь спать, — укладывая меня на постель, даёт очередную команду.

— Можно мне отдельное одеяло? — вяло интересуюсь.

— Нет, — произносит он чуть слышно, накрывая.

— Ну нет так нет, — пробормотала я и отключилась.

Мой ангел уснул, не удержался, оставил на её нежных губах лёгкий поцелуй и быстро вышел из комнаты, у меня ещё будет время насладиться прелестями своей жены, которые пьянят не хуже вина. Правду говорят: запретный плод сладок. С каждым днём хочу её всё сильнее, надеюсь, как переспим, эта жажда обладания спадёт. Других пока не хочу, на ней повёрнут. Ну а сейчас пора воздать уроду по заслугам. Нет, убивать тварь эту не буду, для него у меня другая программа.

Этот урод орал, как резаный, а я всего-то переломал ему пальцы на левой руке. А нечего моей жене делать больно. Я бы и правой занялся, но нужно, чтобы она была рабочей — ему ещё признание писать. Стоит, смотрит на меня обезумившими от ужаса глазами. И правильно боится: перед тем, как его сдать властям, я ему ещё что-нибудь сломаю.

— Признание писать будешь, или мне продолжить?

— Буду, — тут же согласился он.

Ничего нового: такие твари сильные только со слабыми женщинами. Но стоит столкнуться с противником посерьёзнее, вся бравада пропадает. Отрезать бы ему яйца и сожрать их заставить, но мараться не хочу. Трошин — такая фамилия у преступника — сел за стол и принялся строчить признание, то и дело морщась из-за боли в пальцах.

— Я всё, — проблеял он и трясущейся правой рукой передал мне листок.

Пробежался взглядом по написанному и решил сломать ему нос. Вот гад, он даже больше, чем мы знаем, вреда причинил.

— Точно всё? — пристально на него смотрю.

— Нет, ещё один случай вспомнил! — Воскликнул он и принялся вновь строчить. Я тем временем набрал следователю, который занимается этим делом, тот быстро принял вызов.

— И тебе не хворать, Лютов, — пробурчал тот.

— Что, Карпов вызывал? — тут же сообразил, почему Серёга не в духе.

— Угу, орал как не нормальный, мол, почему Трошина до сих пор не взяли, — передразнил он своего начальника. — Можно подумать, это так просто!

— Да погоди ты в печаль впадать.