Ангел севера

Боль и ярость, стремление выжить и одиночество, следовавшие из этого, Тася узнала слишком хорошо. Это и связывало их. Основой их отношений были невысказанное, но несомненное взаимоуважение и та потребность во внутреннем узнавании, которую он испытывал с их первой встречи. Они были абсолютно схожи в том единственном, что имело для них значение.

Он шел по коридору, ведущему в холл, когда навстречу ему попалась миссис Наггз со стопкой свежего постельного белья. Она приостановилась и почтительно склонила голову:

– Добрый вечер, милорд.

– Миссис Наггз, где…

– Наверху, сэр.

С Эммой, в зеленой гостиной.

– Откуда вы знаете, что я хотел спросить?

Домоправительница важно улыбнулась:

– После стольких лет работы на Стоукхерстов? Вряд ли, милорд, есть что-то, чего Сеймур, Биддл или я не знаем.

Люк посмотрел на нее предостерегающим взглядом, но это ее не смутило, и она продолжила свой путь.

В маленькой гостиной было светло и уютно. Здесь было больше мебели, чем в других комнатах, на окнах висели шторы с оборками, на диванах и креслах лежало много подушек.

Все это придавало гостиной особую теплоту. Он услышал оживленный голос Эммы, читавшей вслух какой-то роман.

Тася сидела на кушетке, вытянув тонкую руку вдоль изогнутой спинки. Увидев его, она выпрямилась и положила руку на колени. Две верхние пуговки ее платья были расстегнуты, открывая белую нежную шею. Свет лампы золотистым сиянием озарял ее лицо и волосы. Эмма подняла голову и, одарив отца быстрой улыбкой, продолжала читать.

Люк сел на соседнее кресло и стал внимательно смотреть на Тасю. Прекрасная, встревоженная, упрямая женщина. Он хотел ее, хотел узнать каждый сантиметр ее тела, каждый тайный поворот мыслей.

Он хотел просыпаться утром в ее объятиях. Он хотел охранять ее, беречь и лелеять, пока не исчезнет этот затравленный взгляд. Она удивленно посмотрела на него и слегка нахмурилась.

«Ты никогда не улыбалась мне, – яростно подумал он, – ни разу».

Казалось, она прочла его мысли. Губы ее слегка изогнулись, мило и чуть грустно, словно нехотя, словно он заставил улыбнуться против воли.

Люк испытывал странное чувство: впервые в жизни он так зависел от кого-то. Он не мог преодолеть ее защиту, при любой его попытке она начинала лишь сильнее сопротивляться.

Единственным способом достичь того, что он хотел, было опустить свой щит и тем поощрить ее к такому же ответу. Это требовало больше терпения, чем у него было. Но он решил, что справится, чего бы это ему ни стоило. Ничего не жаль, никакая цена не будет слишком высокой – лишь бы она любила его!

Уик– энд завершился. Последние гости разъехались в понедельник, и Люк освободился. Он решил поехать днем в Лондон к Айрис Харкорт. Пришло время расстаться с ней, и он знал, что Айрис уже поняла это.