Аромат смерти

 – Иви рассмеялась и провела пальцем себе по подбородку. – Поглядитесь уже в зеркало. Борода ужасна.

Ее смех оказался заразительным, и босс тоже улыбнулся. Потом кивнул и всхлипнул. Его глаза были красными.

– Каждый должен жить своей жизнью, – негромко сказала Иви. – Со мной все будет в порядке.

Сокамерницы называли ее «0914».

По утрам их выпускали из камер на общее построение. Остальное время она проводила, как получалось. Медитировала, слушала «позитивные установки», которые должны были помочь ей вернуться в общество. Читала книги, принимала душ. Слушала аудиокниги, заправляла кровать, просто сидела молча, ложилась спать. Ховард принес ей тридцать книг: обложки с них были сняты, а названия и имена авторов подписаны на титульных листах синими чернилами.

Смириться с этим было труднее, чем со светом флуоресцентных ламп, бьющим в глаза.

Ховард с Энджи разошлись, но остались друзьями и по-прежнему были коллегами. Он регулярно встречался с ней, чтобы обсудить стратегии защиты. Иви не отходила от своей версии событий. Они просматривали криминологические и токсикологические отчеты, плели для нее страховочную сеть до тех пор, пока та не стала практически непроницаемой. Время от времени Иви спрашивала про его личную жизнь, и он делал удивленное лицо, в душе чувствуя радость. Они не сошлись обратно, но Ховард не торопился. Ему казалось, что времени впереди достаточно.

Ее родители тоже приходили. Иви сказала, что хочет сделать через стекло их фотографию, на память.

– Тебе надо как следует питаться.

– Хочешь, мы пришлем тебе еще одеяло?

– Денег тебе хватает?

– Да. Потратьтесь лучше на себя.

Втроем им было неловко, и ни один не знал, что еще сказать. А если кто и решался, остальные не знали, что ответить.

Что они делали, пока дожидались ее появления? Теребили свои пальцы, поглядывали на часы, обменивались шуточками. Сколько мужества требовалось им, чтобы сидеть вот так, вместе? Мама говорила с папой? Где папа работает? Иви дивилась тому, что в такой судьбоносный момент интересуется мелкими подробностями их жизней. Родители убили ее много лет назад, оставили мертвой, но теперь ее страдания заставили их объединиться. По крайней мере, приехать к ней вместе.

После нескольких встреч они трое постепенно начали обретать способность рассказывать о своей жизни. Мама управляла небольшой домашней кухней, где готовились ланчи для учеников местной начальной школы. Отец работал менеджером на текстильной фабрике и преподавал в технологическом университете. Они рассказывали какие-то мелочи, Иви делилась секретами того, как надо принимать душ в тюрьме. Изредка, как ни удивительно, они даже смеялись вместе.

Время от времени ее вызывали в суд, а в целом жизнь шла как хорошо смазанные часы.