Барабаны осени. Книга 2. Загадки прошлого

В Леохе я никого похожего не встречал. Я его видел и манеру речи слышал; может, он и горец, но явно с юга, и, судя по всему, человек образованный.

– И этот мистер Маккензи знает мою дочь? – уточнил Джейми.

– Да-да, сэр! И она с ним знакома… она его боится.

– Боится? Почему?! – рявкнул Джейми, и девочка посерела.

– Я не знаю, сэр. Только она его увидела и вся побелела. А потом покраснела и снова побледнела – в общем, была очень расстроена, всякий бы заметил.

– Н-ничего, сэр. Подошел, взял ее за руку и сказал, что она должна пойти с ним. Все в таверне это видели. А она отшатнулась, сказала мне, что все нормально.

И-и ушла с ним.

Выдохнув, Лиззи потерла мокрый кончик носа.

– И ты ее отпустила?!

Маленькая горничная отпрянула и съежилась.

– О, я должна была пойти с ней, знаю, что должна! Но, сэр, я так испугалась, да простит меня Господь!

Невероятным усилием воли Джейми взял себя в руки и заговорил уже спокойнее:

– Ладно. Что было после?

– Ну, я поднялась наверх, как она велела, и легла в постель. И принялась молиться, чтобы все было хорошо…

– О да, толку от этого было много!

– Дядя… – тихо, но неожиданно твердо вмешался Иэн.

 – Она всего-навсего горничная, ничего другого она сделать и не могла.

Джейми хмуро потер затылок.

– Да… Прости, девочка, я не хотел срывать на тебе зло. Что было дальше?

На щеках Лиззи проступили ярко-алые пятна.

– Она… она вернулась перед самым рассветом. И-и…

У Джейми лопалось терпение, и девочка, должно быть, поняла это по его лицу. Она неразборчиво завершила:

– Она вся им пропахла… его семенем.

Ярость накатила внезапно, раскаленной молнией пронзив грудь и живот. Джейми задыхался, давя в себе это чувство, но оно жгло его не хуже углей в очаге.

– Значит, он ею овладел. Ты уверена?

Вконец смешавшись от его прямоты, девочка лишь молча кивнула. Она теребила подол платья, отчего юбку всю перекосило. Бледность сменилась румянцем, Лиззи пылала ярче помидоров на грядках Клэр. Избегая взгляда Джейми, она опустила глаза.

– Да, сэр. И она в тягости, разве вы не знаете? Наверняка это его ребенок, она же была невинной девушкой. И вот он за ней пришел, и она его боится.

Внезапно все встало на места, отчего волоски на руках и шее поднялись дыбом. Осенний ветер пробрался под рубашку, и ярость сменилась тошнотой.

Все мелочи, которые он видел, но отказывался замечать, сложились в цельную картину.

Эти ее взгляды и движения: то оживленные, то протяжно-задумчивые… И сияющее лицо – это вовсе не из-за солнца. Джейми хорошо знал, как выглядит беременная женщина, и если бы встречал Брианну раньше, то обязательно заметил бы изменения. А вот Клэр… Клэр наверняка была в курсе. Она же мать, и врач к тому же. Она знала…

И ничего ему не сказала.

Ярость хищным зверем, утыканным ледяными острыми шипами, засела в груди.