Барабаны осени. Книга 2. Загадки прошлого

Последнее, скорее, было шуткой, однако девчушка позеленела, поняв его слова буквально.

Не чувствуя под собой ног, она неловко села – почти упала – на колоду и схватилась за крошечный медальон на шее, ища утешение в прикосновении холодного металла. Лиззи глядела в спину мистера Фрейзера, широкими шагами мчащегося вниз по склону, точно здоровый рыжий волк. Перед ним лежала длинная черная тень, и низкое солнце озаряло его пламенем.

Медальон жег пальцы не хуже льда.

– О Дева Мария, – шептала Лиззи снова и снова. – Пречистая Матерь, что же я наделала?..

Пятьдесят на пятьдесят

Под ногами шуршали дубовые листья, а каштаны сыпали желтым дождем, устилая высохшую землю.

– А правда, что индейцы могут ходить по лесу совершенно бесшумно, или это сказки для наивных девочек?

Брианна пнула кучку листьев. В своих широких юбках, цеплявшихся за каждую ветку, мы с ней шумели, как стадо слонов.

– Ну, в сухую погоду даже им это не удается – если только они не скачут по деревьям, как шимпанзе. А вот весной – совсем другое дело, я тоже могу пройти тихонько; земля здесь мокрая, как губка.

Я приподняла юбки, чтобы уберечь их от колючего куста бузины, и наклонилась поближе взглянуть на ягодки.

– Дня через два, – вынесла я вердикт. – Если для лекарств, можно собирать прямо сейчас, а я хочу сделать вино и насушить немного – значит, нужны ягодки послаще. Надо дождаться, пока они сами не начнут опадать со стебля.

– Хорошо. Как запомним место? – Брианна огляделась. – Ага! Вот тот камень, похожий на голову с острова Пасхи?

– Молодец. Правильно, такой ориентир в любую погоду выглядит одинаково.

У ручья мы медленно разбрелись в разные стороны; Брианне я поручила собирать кресс-салат, сама же выискивала под деревьями иудины ушки и прочие съедобные грибы, одним взглядом все же посматривая на дочь.

Она забралась в ручей, подобрав юбки и выставив напоказ длинные крепкие ноги. Брианна медленно шла, не отрывая взгляда от водной ряби.

Последние дни с ней творилось нечто странное. Сперва я решила, что ее замкнутость вызвана непривычной обстановкой. Однако им с Джейми понемногу удавалось наладить отношения, и застенчивость постепенно таяла с обеих сторон. Они восхищались друг другом – и я вместе с ними.

И все же ее что-то беспокоило. Прошло три года с моего отъезда; четыре, после того как она решила жить самостоятельно, и за это время моя девочка изменилась; теперь она стала взрослой женщиной. Я больше не могла с легкостью читать ее мысли; как и Джейми, она прятала свои переживания под маской внешней невозмутимости.

Собственно, эту прогулку я затеяла именно для того, чтобы поговорить наедине; дома рядом постоянно крутились Джейми, Иэн и Лиззи, а еще бесконечным потоком шли гости.