Яромира. Украденная княжна

Он уже отвернулся и направил коня в другую сторону, когда изнутри царапнул крик: что-то не так!

Он обернулся. Посмотрел раз, другой и лишь на третий заметил, что на привычном месте возвышалась крыша лишь одной житницы. Прищурился и увидел залитые дождем угли там, где они когда-то отстроили еще две.

Кмети за его спиной заметили неладное одновременно с князем. Шепотки поползли вокруг, словно круги по воде. Заговорили люди, высыпавшие из изб к дороге. Все они глядели на Ярослава с надеждой. По толпе из уст в уста передавалось слова.

— Князь вернулся с веча… князь вернулся… теперь все наладится… наладиться…"

"Ярослав молча ударил пятками жеребца и помчался в терем.

Он не отправлял загодя гонцов, и потому никто не готовился его встречать. Его отряд приметили дозорные; они же передали весть на подворье. Там стояла страшная суета, когда кмети распахнули тяжелые ворота, и Ярослав оказался внутри. А следом за ним — дружина и воевода Буривой со своими людьми.

Холопы и слуги перешептывались, поглядывая на князя. Все смотрели на него с опаской, словно ждали беды.

— Что случилось⁈ — спросил он строго и властно, повысив голос.

Княгиня Звенислава как раз вышла из-за угла терема, с «черной» стороны, где жили слуги. Завидев вернувшихся мужа и сына, она попыталась улыбнуться, но улыбка вышла жалкой. Ее губы некрасиво дрожали, словно она готовилась заплакать.

— Житницы погорели, князь, — от ворот к нему поспешно шагал Стемид, и казался воевода мрачнее тучи. — Я виноват. Не уследил, — он остановился и уронил голову, коснувшись подбородком груди. Медные волосы скользнули следом, упали на плечи.

Кусая губы, к ним подошла Звенислава. Крутояр рванул к ней вперед князя и встал между нею и отцом, словно намеревался защищать.

— Кто-то поджег их, — тихо прибавила княгиня, собрав все силы, чтобы заговорить, но слова все равно застревали в горле.

Взглянуть в глаза мужа ей было нелегко. Она боялась увидеть в них гнев и разочарование. Но князь молчал. Он стоял, глядя на нее, ожидая. Этот молчаливый гнев был хуже любых слов, хуже крика.

— Ярослав… — ее голос был едва слышен. — Я… я не уберегла…

Он едва заметно повел головой.

— У нас гости, княгиня. Воевода Буривой из славного Черноводского княжества. Служит князю Твердиславу Буяновичу.

С его отцом мы вместе ходили бить хазар, — и он указал рукой на столпившихся чуть в сторонке воинов. — Ступай, Звенислава. Надобно их приветить с дороги.

Князь тяжело вздохнул и растер ладонями лицо.

Но княгиня не уходила. Ноги словно не шли. Она стояла и смотрела на мужа, которого подвела — так она мыслила. И знала себя виноватой.

— Звенислава, — заговорил Ярослав, и его голос звучал ровно, хоть и устало. — Твоей вины тут нет. Ступай к нашим гостям. Мы потолкуем обо всем после.